03.12.17

С Днем Рождения, Чарльз!

05.12.17

Праздничный посткроссинг! Так же обновлен цитатник.

Добро пожаловать на ролевую по комиксам вселенной Марвел! Мы приветствуем всех гостей, наблюдателей и просто заглянувших на наш форум — место, которое мы постарались сделать уютным творческим домиком для всех его обитателей. Будем рады всем желающим присоединиться к нашему дружному и талантливому коллективу!
Должность:
Руководитель
Контакты:
Skype: Lawrenjin
ICQ: 400450228
Доступность: вечером; днем как получится.
Командор. Техник. Шериф. Квестоплет. Связист. Делает всё сразу, почти всё видит.
Курирует Мстителей, отвечает за Мандарина.
Должность:
Координатор
Контакты:
Skype: aisazure
Доступность: режим пониженной активности
Душа компании и поставщик мороженого. Приглядывает за гостевой и приемкой, контроллер порядка и игры, а также
Курирует ЩИТ, отвечает за Людей-Икс.
Должность:
Пиар-агент
Контакты:
Skype: makitimus
Доступность: режим пониженной активности
Первый помощник. Мастер Фотошопа, креатива, генератор идей и наш незаменимый талисман.
   
Прозвище:
Мадам Гидра;
Имя: Офелия Саркиссян;
Степень опасности: Глава Гидры, огромные познания в области ядов.

Разыскиваем! Требуется для крутых сюжетных поворотов в стан весёлых и неординарных интриганов Гидры.
Прозвище: Творец;
Имя:Рид Ричардс;
Степень опасности: Один из величайших ученых на земле. Свалился сюда из вселенной Альтимейт.

Ищем антагониста! Который залип в сюжетных завязках. Миру нужен свой личный злобный мозг.
Прозвище: Невидимый;
Имя: Ник Фьюри;
Степень опасности: Непревзойденный интриган, серьёзный боец.

Разыскиваем! Фьюри сейчас наказали хитрым образом, однако он не может просто так проиграть, да? Требуется всей ветке ЩИТа.
Прозвище: Сорвиголова;
Имя: Мэтью Мёрдок;
Степень опасности: "Слепой зрячий"; сверхчеловеческие чувства, превосходный боец.

Разыскиваем! Мэтта были бы рады видеть не только в Адской Кухне, но и в геройских рядах!

Marvel: All-New

Объявление

В конце концов, не может же сюжет состоять из одних только угроз всему сущему и глобальных сражений. Такие сюжеты быстро приедаются и заканчиваются сами собой. Так что Локи рассчитывал на отпуск. © Loki

Доступы для тех, кто не видит кнопок автовхода:
Пиар-агент: Mass Media, пароль: 12345;
Читатель: Watcher, пароль: 67890.
Примечание: игровые архивы доступны с аккаунта читателя.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvel: All-New » Будущее | Вне реальности » [Страж] libera, Deus


[Страж] libera, Deus

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

И я взял корону твою - и стал настоящим
Королём темноты. И твои леса и болота
Мне достались, но сердце покоя моё не обрящет,
Ибо вечно я слышу твой смех, в темноте звучащий,
И я вечно гонюсь за тобой по безлунной чаще -
И со мною по небу Дикая скачет Охота. ©

http://pretich.ru/images/articles/prizrak-army001-k.jpg
Время: Конец апреля 2016 года, примерно двадцатые числа.
Место: АУ от реального мира с переносом вселенной "Страж" Пехова; Норвегия, фюльке Мёре-ог-Ромсдал, городок Молде.
Участники: Skaista Eisenhart, Matthew Constantin.
Описание:
После очередной крупной операции, совместно проводимой Интерполом, Европолом и полицией Норвегии, взята под стражу крупная группировка контрабандистов, занимавшихся незаконными поставками оружия и вывозом исторических ценностей. Тонкость всей ситуации заключалась в том, что в группе работали исключительно язычники из культа Детей Всеотца, и Церковь, исконно терпевшая на территориях полуострова определённые сложности со своим царствованием, не преминула поднять голову и погрозить своим чадам, ухватившись за столь удачный пример.
Силовики счастливы, операция завершена успешно, все желающие разъезжаются по штабам, ловить звёздочки на погоны и премиальные похлопывания от начальства. Скаисте Эйзенхарт, в течение полугода работавшая под прикрытием на контрабандистов, занимается последними будничными делами, в том числе - в паре с государственной полицией - обыском жилья арестованных; но только что-то опять идёт не по плану - в одном из домов обнаруживаются вещи ритуального характера, явно не направленные на перепродажу. "Язычники," - слышится шепоток по городу. Печальная история.
Пользуясь полномочиями, капитан запрашивает разрешение изъять эти вещдоки для отдельного расследования и ожидаемо получает отмашку делать, что угодно, ибо победителей не судят.
В эту же ночь над городом появляется Дикая Охота, которая не желает уходить ни на следующую, ни спустя неделю.
Скаисте остаётся только подключать тяжёлую артиллерию, адресовав просьбу о помощи непосредственно отцу Константину, с которым уже бывал опыт неприятных черномагических передряг.
Существует только одна небольшая проблема - для отца Константина и всего остального мира капитан Эйзенхарт вот уже полгода как официально мертва.

[nick]Skaista Eisenhart[/nick][status]ловец человеков[/status][icon]http://forumavatars.ru/img/avatars/0016/2a/ef/487-1485246668.jpg[/icon][info]Скаисте Эйзенхарт


37 лет; ведьма, оперативный агент "Интерпола"[/info]

Отредактировано Satana (2017-10-25 18:39:28)

+2

2

Два дня назад.
19-ое апреля.

Руки, сильные ладони с длинными красивыми пальцами, летали над клавиатурой, точно пара белых птиц: за то время, что Скаисте обдумывала слова, должные быть написанными, она успела составить такое количество планов, что проще было уже начать писать хотя бы что-нибудь и исправлять в последствии. Хотя бы потому, что найти идеальных слов для такой сумасшедшей новости было всё равно невозможно - их и в природе-то не существовало.
Изредка женщина с длинными светлыми волосами, отросшими почти до середины лопаток за последние пару лет, что она всё собиралась их отстричь и откладывала, находя занятия более важные, вытаскивала из портсигара сигарету, подкуривала от кончика ногтя и продолжала писать дальше, укладывая подожжённую сигарету в пепельницу. Они медленно гасли - их было штук восемь уже, и сейчас капитан выщелкнула девятую, и снова забыла курить, мучительно складывая норовившие разбежаться по углам, как тараканы от света, буквы в целое и осмысленное.
Не особенно удачно.

"Преподобный отец!
(Я действительно согрешила, и действительно не раз, но об этом позже.)

Норвегия, фюльке Мёре-ог-Ромсдал, Молде - на данный момент. Имела неосторожность вляпаться в историю с местными - если посмотришь международные сводки новостей, поймёшь о чём я. Брали контрабандистов, повязали всех - или почти всех, по крайней мере, тех, на кого у меня что-то имелось. Операция закрыта, уровень секретности сняли, но тут… Тут явно что-то хуже, чем просто уголовное преследование.
После обыска мне в руки попали свитки и книги с явными языческими мотивами. Я толком пока не разобралась, что это; не могу ответить и тебе. К. отправил ко мне эксперта-историка, но пока он до меня не добрался, поэтому сведений - кот наплакал.
Я не знаю, что происходит; местные говорят, что это Дикая Охота, и я склонна с ними согласится. Вырезает всех, кто попадается на пути, пропадает с рассветом. Пошли слухи, что Церковь не справляется, и пора вернуться к традициям, которые помнили деды; полиция пока сдерживает эти благие намерения жертвоприношений, но вечно мы не протянем.
Мне ничего не остаётся, кроме как обращаться за помощью к Церкви снова, но, не сочти это словами ереси, я не уверена в здешних служителях. Отец-настоятель, с которым я говорила вчера, хороший человек, заботящийся о пастве, но он в данном вопросе бесполезен более, чем полностью, равно как и те трое, с которыми я успела побеседовать раньше. В Скандинавии практически нет клириков, способных оказать хотя бы какое-то внятное сопротивление безумствующим духам, а я и подавно не знаю, что с этим делать.
Все отсканированные документы прилагаю в письме.
Мне нужна помощь.
Пожалуйста.

PS К сожалению, похоже, Дикая Охота - не почивший в прошлом миф. Я за свои глаза ручаюсь. Чтобы увидеть такое, не помогут даже мухоморы, которые я, тем более, не употребляю по понятным причинам.
PPS Но она беспокоит меня куда меньше, чем то, что начинает происходить в стране. Пока полиция сдерживает народные волнения, а король ещё сохраняет видимость власти и уважения перед населением, но это очень шаткое равновесие, которое может рухнуть в любой момент. И боги, в которых здесь верят, на досуге не зря любят помахать топором. Надеюсь, ты сможешь прибыть достаточно быстро, чтобы обошлось без вмешательства армии.
Хотя бы без массового.

Небо."


С подписью она маялась особенно долго. Доверять электронной почте Эйзенхарт, прожжённая старая кошка, сильно опасалась, поэтому светить какие-либо фамилии или доступные к опознанию регалии не собиралась даже под страхом смертной казни; само письмо было в целом довольно безобидным - тайн в нём не содержалось, потому что всё, в нём описанное, уже можно было с лёгкостью выловить в сети, причём даже с видеоматериалами, и это было ровно тот случай, когда Скаисте, морщась, точно от зубной боли, признавала, что никакой это к чертям не монтаж. Опять-таки, к сожалению.
Вместе с тем отцу Константину, кому, уже практически отчаявшись до состояния, в котором кроме желания лечь на дно и там умереть, ничего не оставалось, ведьма решилась писать как-то очень быстро, в одно мгновение, следовало намекнуть, что работу ему подсовывает не просто какой-то незнакомый благожелатель, а благожелатель весьма известный. О том, что Мэтт сможет с ней сделать, когда сложит в голове кусочки паззла и, исполненный праведного гнева Господня, доберётся до Норвегии, чтобы посмотреть в её обычно крайне безмятежное лицо, женщина старалась не думать, потому что взглядом Пёс Господень останавливал на лету одержимых, ведьм на мётлах, дьяволопоклонников на чёрной мессе и при необходимости явно мог заторомозить ощущением, что где-то путь его пошёл весьма не так, самого дьявола, если тому всё-таки пришла бы гениальная мысль выбраться на поверхность и посмотреть по сторонам.
Но он был ей нужен сейчас, очень сильно нужен - клирик, способный решать загадки, подобные этой.
Клирик, который понимает, как их решать, и имеет для этого ещё и возможность, дарованную свыше, а не только голый трудоголизм, которым с лихвой могла похвастать и сама фрау, только толку вот от него было маловато.
Собственная судьба в данном приложении казалась не настолько уж важной, чтобы о ней заботиться.


Сегодня.
21-ое апреля.

Городскую библиотеку Скаисте выбрала местом встречи вполне осмысленно: здесь не бывало никогда и никого; чем дальше и шире рос интернет, захватывая себе всё больше пространства в современной жизни, тем меньше его оставалось для книг и архивов, так что шансы того, что сюда зашёл бы вдруг какой-то любопытный и застал весьма странный и насыщенный диалог между служителем веры и таким же упёртым служителем закона, близились к нулю. Опасаться стоило лишь библиотекаря, леди лет восьмидесяти; но та, убедившись, что посетительница тяги к разговорам не испытывает и просто перебирает архивы, после этого всё бережно пакует назад, оставила гостью предоставленной самой себе и куда-то ушла, видимо, решив не нарушать идиллии, закрепившейся за десятилетия.
Капитан же, сдвинув пару читательских столов в один, разложила на нём имеющийся арсенал свитков и книг неизвестного происхождения и только качнула головой - да уж; после чего, вздохнув, водрузила сверху свой блокнот. Завал непонятных и тёмных вещей всё рос, а вот насчёт решения было как-то не особенно.

Всё это время около Эйзенхарт безмолвной тенью маячил один из полицейских, отданных начальником местного отделения ей в полное распоряжение до конца расследования - или хотя бы до тех пор, пока фрау не решит, что здесь ей больше ничего не нужно. Где-то к полудню, словно вспомнив про существование своего подчинённого где-то в непосредственной близости, ведьма некоторое время на него смотрела, потом со вздохом объяснила, куда ехать и кого встречать. Собеседник внимал ей со сдержанным вниманием, явно стараясь всё запомнить как можно лучше и нигде в процессе не выкинуть какую-нибудь сверх меры опасную глупость.
- Увидишь человека, который смотрит на тебя так, словно подозревает во всей существующей ереси и той, что ты придумал самолично - это точно отец Константин, не ошибёшься. Ничего не выдаёт его более, чем его взгляд, - заключила ведьма наконец.
- В рясе будет? - Осторожно уточнил сержант, настороженно шальным светлым глазом кося на своё временное начальство.
- Инквизиторской, - добродушно улыбнулась Скаисте, - и упаси тебя Небо вступать с ним в теологические диспуты. В идеале ты скажешь ему три слова: "здравствуйте" и "всего хорошего", а всё остальное время будешь молчать, как рыба. Твоё дело - забрать его от вокзала и привезти сюда, по дороге даже не отсвечивая лишний раз и, крайне желательно, не дыша. Всё. Понятно?
- Есть, - пробормотал полицейский и, немного нетвёрдо ступая по полу, удалился прочь, понурив голову.
Вряд ли приказ обожаемого начальства оказался ему сильно по душе, но в то же время он остро понимал, что в данном случае спорить будет выходом, мягко сказать, неудачным, потому что так он имел относительные шансы отделаться от Холы хотя бы спустя какое-то время, но если же упереться в твёрдом "нет", то вместо просто Эйзенхарт фугировала Эйзенхарт в бешенстве, спрятаться от которой было куда проблематичнее.
Ведьма проводила его глазами голодного крокодила, и в небесной радужке без труда читалось, что она думает обо всём том, с кем приходится работать и кого приходится терпеть, когда остаёшься в городке на тридцать тысяч душ, в котором до этого самым страшным преступлением была пьяная драка в семьдесят шестом. До недавнего времени оплота большего спокойствия, чем Молде, совершеннейшим образом никуда не нужный, а оттого безопасный донельзя, было попросту невозможно представить.
До ночи три дня назад, пока в поднебесье снова не загромыхали копыта чудовищных лошадей.
Ведьма поморщилась, дёрнув уголком губ, и с отсутствующим видом уткнулась в рукопись: руны и слова разбегались от неё по сторонам, не давая на себе сосредоточиться. Встреча с древним наследием не прошла бесследно даже для столь крепкой психики, как та, которой обладала фрау; призрачные всадники при шлемах и псах, что мчались над домами, кого угодно поколебали бы во мнении, что человечество вообще способно как-то пережить это безумие, если оно не вздумает уйти само. Оно и не думало, явно развлекаясь на полный ход своих примитивных, но зато весь обширных в исполнении мыслей.
Уткнувшись лицом в руки, сложенные на столешнице, женщина вся обратилась в слух и ожидание. Рано или поздно это должно было бы случиться.
Никого не минует чаша сия. Да. Пожалуй.
Только непонятно, почему она обязательно выливается на голову целиком.[nick]Skaista Eisenhart[/nick][status]ловец человеков[/status][icon]http://forumavatars.ru/img/avatars/0016/2a/ef/487-1485246668.jpg[/icon][info]Скаисте Эйзенхарт


37 лет; ведьма, оперативный агент "Интерпола"[/info]

+1

3

Был уже поздний вечер, когда Константин решил открыть ноутбук, чтобы проверить почту и тем самым напрочь испортить себе грядущий сон. Бровь инквизитора еле заметно и удивленно дернулась при виде иконки о новом сообщении, адресатом которого не выступала Инквизиция: по личным вопросам румыну писали очень немногие, особенно теперь, когда существовало с десяток других, более быстрых и удобных способов сообщить о чем-либо.
Глаза мужчины быстро забегали по строчкам письма. А потом еще раз. И еще. До тех пор, пока в сознании клирика не закрепилась мысль о том, что спать он еще не лег, а следовательно сниться это ему не могло. Хола зря потратила столько времени на размышления о том, как бы подписаться – как говорится, эту мелодию Константин угадал бы с двух нот: знакомые, по-армейски емкие и всегда предельно по делу фразы, упоминание Кайзера, который, насколько помнил мужчина, являлся непосредственным начальником немки, да и даже сам факт того, что письмо было отправлено лично ему, а не на какой-нибудь из многочисленных почтовых адресов Инквизиции, говорило как минимум о том, что отправитель знал Мэтта. Да и чего скрывать – этот… хм, душок сверхъестественных проблем, которые длинным хвостом тянулись вслед за Эйзенхарт – румын сразу почувствовал его, несмотря на то, что мониторы пока еще не научились передавать запахи. И все же радость встречи – пусть и в сетевом пространстве – омрачало одно обстоятельство: агент Эйзенхарт уже полгода как была мертва. Мэттью своими глазами видел, как ее черный лаковый гроб опустили в не менее черную землю осенью прошлого года. Даже однажды был на ее могиле – когда работа наконец позволила.
Крышка видавшего виды лептопа с грохотом захлопнулась – как раз в тот момент, когда в комнату, любезно отведенную клирику по его возвращению из Индии назад в Италию, вошла непосредственная хозяйка квартиры – маленькая сухонькая вдова – чтобы позвать инквизитора пить чай. Пожилая женщина вздрогнула от неожиданности и, возможно, от испуга: Мэтт и сам бы не рискнул предположить, как выглядело его лицо в тот самый момент, когда к нему пришло осознание того, что Скаисте все это время благополучно ходила по земле. Его это ни в коем случае не расстраивало – нет, он был даже счастлив… Где-то очень глубоко в душе, под слоем того гнева, что поднялся в нем и теперь рвался наружу. Он не злился; о, про отца Константина, с небольшой оговоркой, можно было сказать, что он не злился никогда: та пара случаев, когда эти грязно-зеленые глаза вспыхивали настоящей злобой – что ж, тогда мирозданию пришлось серьезно попотеть дабы сложить все обстоятельства таким образом, чтобы это вывело этого спокойного, как толща воды в океане, человека из излюбленного им состояния равновесия.
- Все в порядке, падре? – высоким дрогнувшим голоском поинтересовалась итальянка, замешкавшись у порога и, кажется, так окончательно и не решив, как же ей поступить: стоило ли сейчас входить в комнату или все-таки нужно было ретироваться сразу же, как только она столкнулась с этим сердитым взглядом.
- В полном, сеньора Кавалло, - миролюбиво улыбнулся в ответ мужчина, хотя Господь свидетель, каких сил ему стоило выдавить из себя эту улыбку в данный момент, - Рабочие моменты. Я скоро подойду, спасибо, - женщина, получив официальное разрешение исчезнуть с глаз долой, поспешила так и сделать, и ее шаркающие шажки удалились в сторону кухни. Отец Константин же в свою очередь тут же послал в Официум запрос на срочный вылет в Норвегию, и даже не по причине того, что Молде, судя по прочтенному клириком, очень в нем нуждался – просто преподобному очень хотелось посмотреть кое-кому в ярко-голубые глаза.

Выйдя из аэропорта Аро в Молде, инквизитор не демонстрировал ни единого признака недосыпания, хотя последние тридцать два часа были потрачены им на то, чтобы как следует изучить высланные немкой файлы и прошерстить те слухи, что бродили в Интернете касательно произошедшего в городе – в последние несколько лет Всемирная паутина стала для Инквизиции неоценимым источником информации: люди порой даже не представляли, сколько всего полезного выбалтывалось ими на всевозможных форумах и в комментариях в соцсетях. Причиной столь сверхъестественной бодрости мужчины служил скорее всего все тот же гнев, который за несколько дней, прошедших с момента получения им злополучного письма, никуда не испарился и продолжал поддерживать работоспособность отца Константина вопреки всем законам природы, гласящим, что человеку для успешного функционирования нужен сон, еда и свежий воздух.
Долго изучать близлежащие достопримечательности инквизитору не пришлось: к нему практически тут же подскочил человек в форме.
- Отец Константин? – уточнил он, не зная, куда ему при этом смотреть: на инквизитора, сквозь него или вообще куда-нибудь в другую сторону; однако когда румын, подтвердив предположение сержанта, протянул ему для рукопожатия руку, в ответном жесте не отказал и, чуть замявшись, бодро потряс холодную ладонь Пса Господнего своей – сухой и горячей.
- Просто отвезите меня куда нужно, хорошо? – устало потерев переносицу, попросил клирик, явно не настроенный сегодня на лишние контакты с окружающими его людьми. Полицейский поспешил к машине, кажется даже несколько обрадованный подобным обстоятельством.
Полумертвое помещение библиотеки, отдававшееся гулким эхом на каждый его шаг, встретило мужчину легкой прохладцей и свойственным всем подобным местам запахом пыли. В голове преподобного еле уловимой тенью пронеслась мысль, что Церкви уже пора арендовать часть таких вот библиотек в качестве штаб-квартир – настолько часто Пес Господень в последнее время встречался со своими напарниками по тому или иному делу в архивах, подобных этому.
Скаисте стояла за столом: точно такая же, какой он ее и помнил, практически не изменившаяся с момента их последней встречи. Между мужчиной и женщиной повисло напряженное молчание – настолько плотное, что казалось его можно было разрезать. Даже тупым ножом.
- Я был на твоих похоронах, - сведя брови в единую строгую линию, начал инквизитор, и его голос на мгновение прозвенел негодованием, - И скорбел – все это время. Мне просто интересно, если бы в Молде не случилось всего того, о чем ты мне написала – ты бы вообще сообщила мне о том, что я зря начитываю по тебе заупокойные молитвы? – не без сарказма, к использованию которого во все остальное время преподобный прибегал крайне редко, поинтересовался мужчина, хотя и не был до конца уверен, действительно ли он хотел знать ответ на этот вопрос.
По интонациям, по всему внешнем виду клирика было видно, что все произошедшее задело в нем нечто личное: пусть они и пересекались со Скаисте по большей части по работе и крайне редко – в свободное от нее время (что было связано скорее всего с тем удручающим фактом, что ни у одного из них этого самого свободного времени особо не было – преступный, колдовской и подземный миры вели слишком активную деятельность, сводя тем самым практически к нулю возможность оставить когда-нибудь этих двоих в покое), Константин все равно считал, что их партнерство с Холой уже давно вышло за рамки обычного сотрудничества, став для них обоих чем-то иным, пусть и не поддающимся точному определению. Именно это скорее всего и стало поводом для Мэттью почувствовать себя обманутым – и не в лучших традициях дружеских розыгрышей. Так уж сложилось, что всех тех немногочисленных друзей, ну или по крайней мере людей, которых он считал своими друзьями, румын встретил при исполнении, а значит все они относились к той категории жителей планеты Земля, которые осознанно подвергают свою жизнь риску – каждый день, каждый час – а от того росли и шансы в один «прекрасный» день узнать, что смерть, с которой они все время играли, наконец настигла их. У инквизитора было все в порядке с чувством юмора, но подобные розыгрыши, учитывая то, как часто гибли окружавшие его люди, были не для него. И несмотря на то, что в силу специфики своей службы, с некоторыми тонкостями которой отец Константин успел познакомиться за время общения с Эйзенхарт, у Скаисте мог быть сто и один повод поступить именно так, а не иначе… он был задет, и это мешало ему избавиться от тех вопросов, которые он продолжал повторять себе последние два дня: неужели у нее действительно не было ни единой возможности как-то сообщить ему о том, что весь спектакль с ее смертью – просто фикция? В конце концов Мэттью не был настолько разговорчивым человеком, чтобы сболтнуть кому-то что-то лишнее. Ведь он бы понял – понял и вел себя в соответствии с ситуацией, ведь в конце концов каков был шанс, что клирик может оказаться собеседником какого-нибудь члена преступной группировки и случайно стать причиной раскрытия агента, работавшего под прикрытием?
- Ладно, сейчас не время говорить об этом… и не место, - коротко нахмурившись, сказал инквизитор: гнетущая тишина библиотеки пристыживала его и несколько охлаждала желание клирика начать ссориться со своей боевой подругой здесь и сейчас, - Но я хочу, чтобы ты знала – никогда так больше не делай, - со всей серьезностью сообщил мужчина, строго глянув на ведьму из-под тяжелых бровей, после упирая взгляд в стол, заваленный материалами по произошедшему, - Дикая Охота говоришь. Серьезно? И почему тебя никогда не тянет вляпаться во что-нибудь масштабами поменьше… – преподобный, в силу рода своей деятельности, не был скептичным человеком – за свою пока еще не столь продолжительную карьеру он уже успел насмотреться таких вещей, за рассказы о которых мужчину, в самом благоприятном случае, могли упрекнуть как минимум в разыгравшейся фантазии, так что отрицать существования чего-то, чего по всем канонам бытия существовать попросту не могло, в его случае было бы просто глупо. Однако Дикая Охота, если верить скандинавским мифам, было явлением настолько… фантастическим, что невольно закрадывались сомнения. Однако Скаисте утверждала, что видела все своими глазами, и у Мэтта не было весомых поводов не верить ее словам, - Значит ты была свидетелем того, как боги решили устроить жатву на земле – но тебя они не тронули. Это странно, - заметил Пес Господень. Насколько ему было известно, все смертные, столкнувшиеся с этим явлением были обречены на погибель, - В ином случае я бы сказал, что тебя хранит Господь, но тут, знаешь ли, больше похоже на Дьявола… - поджал губы мужчина, проводя пальцем по потемневшей станице книги, лежавшей на столе.
[nick]Matt Constantin[/nick][status]fidei defensor[/status][icon]https://i.imgur.com/nlie7R4.png[/icon][info]Мэттью Константин


28 лет; клирик, борец с ересью.[/info]

+1

4

… и милее Господу будет один грешник раскаявшийся,
нежели десять праведников. ©

Услышав мягкие, стремительные шаги по коридору, чуть слышно выбивавшиеся из-под бодрого конного топота Бёьрна, отправленного навстречу преподобному отцу, ведьма медленно отодвинула стул, на котором сидела, пытаясь собрать в одну кучу хотя бы какие-то мысли, и встала во весь свой рост. Сказать, что она была готова к этой встрече, было невозможно, но и оттягивать её уже не имело смысла: тёмно-зелёные, с примесью болотного глаза Константина смотрели на неё с расстояния в четыре шага, и в глубине души Скаисте задавалась вопросом, почему ещё не сгорела на месте от того, что в них содержалось.
Это был не вопрос.
Это было что угодно, но только не вопрос. Левая рука офицера медленно сжалась в кулак, а затем так же спокойно, неторопливо она разжала пальцы. Своей вины Хола с себя не снимала - она привыкла отвечать за то, что делала, даже если делала это не по своей воле. "Не нравится - иди в запас." Простое правило - только жить по нему сложно.
- Свободен, - негромко бросила женщина сержанту, осторожно сунувшемуся в дверь читального зала следом за инквизитором.
Полицейский сглотнул, косясь то на своё возлюбленное со страшной силою за последних три дня начальство, то на преподобного отца, который, несмотря на внешнюю сдержанность, излучал в пространство ярость всего гнева небес, грозящих вот-вот рухнуть на голову грешнику. Насколько тот самый грешник готов каяться в процессе, кажется, никого не волновало, и Бьёрн, человек по сути своей хороший и отзывчивый, испытывал смутное желание растащить надвигающиеся грозовые тучи по углам, пока они не остынут, ибо быть пусть невольным, но всё же соучастником смертоубийства ему не хотелось.
- Капитан, може…
- Свободен! - Рявкнула Скаисте, и в голосе её, сильном и звучном, прорезался металл.
Дверь с грохотом захлопнулась. Помощник, приставленный к фрау явно супротив собственного желания, предпочёл воспользоваться разрешением не отсвечивать, здраво рассудив, что попадать под такую раздачу пинков и подзатыльников ему не хочется, а если им сильно надо - вот пусть сами и разбираются. Он, по крайней мере, попытался, и совесть его была в этом плане чиста.

Мужчина напротив, высокий, сумрачно-усталый, был знакомым и незнакомым одновременно. Небо помнила чужие лица, но, запретив себе думать о тех, кто остался за границей её работы, начала терять связь с реальностью и собственным прошлым.
Эйзенхарт молча смотрела на преподобного отца, и в глубине её холодной, как лёд с недалёкого фьорда, яростно-голубой радужке не отражалось ничего, точно всю её суть изнутри сковал прозрачный и крепкий лёд. Такой, как тот, что всю зиму преследовал её в Хаммерфесте, крошечном городке на самом севере королевства, где Скаисте прожила большую часть времени из всего этого полугода, искренне возненавидев за то время как Норвегию, так и собственную жизнь. Что, в прочем, тоже не являлось новостью. Во всей этой истории новостью было то, что финал, оказывается, ещё не написали.
Что она могла ему рассказать? Что?
Что жизнь перестала принадлежать ей, когда шестнадцатилетняя светловолосая девочка, ещё по-подростковому нескладная, но уже высокая и крепкая в плечах не хуже многих мужчин, переступила порог военной академии при поступлении, и с тех пор для неё остались только приказы, которые следовало выполнять, потому что иначе нельзя? Пёс Господень это и сам знал не хуже капитана, ибо и сам себе был отдан сильно меньше, чем Церкви.
Что никто не знал о том, что Скаисте всё ещё на грешной земле, кроме Кайзера и Хоффмана, вдвоём провернувших всю операцию, когда появилась возможность, которой не было четыре с лишним года и могло уже никогда не случиться после? Что не было к тому её личного желания, но никого не волновало, что может подумать или почувствовать агент, которому было дано ровно полтора дня, чтобы изменить собственную личность целиком? Не нужно было слишком хорошо знать степени секретности ведомственных агентов, чтобы понимать, с чем была связана подобная выходка.
Что она полгода прожила мёртвой куда хуже, чем лёжа в гладеньком полированном гробу с красивым могильным камнем, на котором заботливый генерал-лейтенант, поднявшийся недавно по пищевой цепочке в самые верхушки, любовно оставлял цветы, старательно сохраняя легенду о гибели одного из лучших агентов оперативного сектора? Что она была одна, в чужом городе, в чужой стране, под чужой личностью, с чужим языком и чужими традициями, что даже кота ей с собой взять не представлялось возможным? Что в лучшем случае ей грозило завалить четыре с половиной года работы нескольких десятков специалистов слежки и шпионажа, а в худшем - так и вовсе одеться в алое*?
Что брат и сестра точно так же считали родственницу погибшей при исполнении?
Что она сама уже не уверена, что вообще жива, а не съехала с катушек ещё лет так двенадцать назад, в африканской пустыне, и сейчас испытывает сложную цепочку галлюциногенных состояний, медленно умирая от солнечного удара где-нибудь на сомалийской границе? В прочем, последнее подозрение преследовало Скаисте и раньше, так что его вряд ли следовало воспринимать всерьёз только в этом случае. Скорее кому-то следовало на пару недель отложить работу в долгий ящик и навестить психиатра по старой армейской памяти, но только вот беда - работа откладываться никак не желала, постукивая исполинскими копытами призрачных загонщиков по разбегающейся на чёрном бархате крови заката.
Ведьма опустила глаза, уткнувшись ничего невидящим взглядом в лежавший перед ней фолиант в очень потрёпанной обложке, и только внимательный глаз заметил бы, как на скулах её вздулись желваки и как крепко на краю столешницы сжались сильные пальцы, уже явно грозя отломать кусок дубовой поверхности, точно он был сделан из картона.
- Да, - как-то очень беспомощно улыбнулась женщина, - я собиралась, Мэтт. Я должна была вернуться неделю назад, и с меня сняли оперативную секретность - и личность тоже вернули, до этого я жила по подложным документам, но потом случилось то, что случилось, и вместо того, чтобы вернуться в жизнь, я осталась здесь. Меня оставили здесь.
Причём, признаться честно, оставили так, что возражать обстоятельствам не представлялось возможным.
- Ты прав. Потом, - ведьма упорно смотрела на свои руки, и шелестящий голос её был тих, но отдавал ровным, выверенным спокойствием. - Как минимум, мне ещё положено исповедоваться за всё совершённое, потому что в последний месяц я сильно опасалась, что меня положат при захвате вместе с остальными - и без всякого отпущения грехов.

Но гром так и не грянул. Возможно, Константина остановило то, что он увидел в усталом остроскулом лице, возможно, он просто отложил на потом разбор полётов, ещё мечтая отыграться на непутёвой дочери Церкви за всё то, что с лёгкой руки руководства пошло по её немногочисленным знакомым.
Выслушав клирика, Хола кивнула: дело - это верно. Работа выше всего, а на личное уж то, что останется, к тому же им всё равно обоим следовало как следует подумать над сказанным и услышанным.
- Честно говоря… - Она запнулась на мгновение. - Честно говоря, падре, сатана в данном случае был бы куда меньшей проблемой, право слово, потому что искушать меня нечем лет двадцать как. Я ведьма и солдат, да к тому же полгода провела среди настоящих язычников, и сам догадываешься, что мы не только пили в свободное время - понимаешь, к чему я клоню? Предводитель Дикой Охоты - Игг-Всеотец, покровитель воинов и колдунов, и я, кажется, влипла по уши. Поэтому я и написала тебе, а не просто… Не просто запрос в Святую Инквизицию. Они просто прошли сквозь меня, не тронув - я вообще не подозревала, что это возможно. Они меня не увидели.
Сделав приглашающий жест преподобному отцу, указав на стул, сама ведьма опустилась на край столешницы, запустила длинные пальцы в светлый волос - невероятно хотелось курить и спать. Курить больше, в прочем, но ни того, ни другого в наличии всё равно не было, и приходилось жить, традиционно существуя на чистом упрямстве.
"То, что я буду Вам рассказывать - секретно. С меня шкуру спустят, если узнают."
За почти два года ничего не изменилось. Всё ещё секретно.
Пересказав Константину начало драматической истории, которая, как казалось полгода назад, не имела ничего общего с культами, магией и прочими скорбными изобретениями иных, нематериальных миров, Скаисте немного помолчала, шевеля кончиком авторучки листы собственного блокнота, потом невесело усмехнулась.
- В общем-то… Проза. Да, времени много потратили, но взяли всех. А потом началось вот это, - она повела головой, - безумие. Мне кажется, что началось оно с обыска, откуда мы изъяли бумаги. И если всё остальное явно шло на перепродажу, то это явно ритуальное и используемое, только вот проблема в том, что ни один из затейников, которых мы паковали, собственностью это не признал. Отпираться им незачем, по законам Норвегии серьёзного им грозит… Лет пять тюрьмы, вероятнее всего, ну семь максимум, а так вообще амнистируют, кое-кого депортировали к хренам в Швецию и Данию, но там тоже - контрабанда-то не убийство; нам вообще было интересно только найти и накрыть поставщиков, эта братия побочно пошла под чистку. И я склонна поверить, что они действительно первый раз видели всю эту макулатуру, потому что это признание ни на какой срок бы им не повлияло. Но откуда она взялась и что делает… В общем-то, даже не это самое важное. Тут что-то происходит, Мэтт, и "что-то" - не только в Молде. В Хаммерфесте на следующую же ночь попытались принести жертву - ты представляешь себе ситуацию, в которой за сутки люди, столкнувшись с древними мифами, в которые уже никто не верит, сориентируются, сговорятся, найдут единомышленников и пойдут во имя Вотана убивать кабана, которого там ещё и взять неоткуда? Это не упоминая того, что я, хоть и немка, никогда не слышала про жертвы для Охоты. Её жертва - её жатва, и задобрить её… Не верю. Ни во что я здесь не верю, кроме того, что Охота - реальна. И мне это не нравится.

* вид ритуальной казни, когда с жертвы снимают кожу, а затем надевают обратно, вывернув наизнанку;[nick]Skaista Eisenhart[/nick][status]ловец человеков[/status][icon]http://forumavatars.ru/img/avatars/0016/2a/ef/487-1485246668.jpg[/icon][info]Скаисте Эйзенхарт


37 лет; ведьма, оперативный агент "Интерпола"[/info]

+1

5

Гнев мужчины смягчился и отступил, а после внезапно и вовсе исчез, словно и не было: быть может причиной тому было, что Константин в принципе не умел долго на кого-то сердиться, а может все дело было в том, что стоило румыну взглянуть на ведьму, как он понял – она действительно не хотела причинять ему боль; и этого ответа клирику было достаточно.
Осанка инквизитора перестала напоминать натянутый до предела металлический трос, и чуть ссутулившись, тот уперся ладонями в край столешницы, издав негромкий грустный вздох, какой часто можно услышать от родителей, чьи дети опять выкинули какой-то фортель, а те несмотря ни на что все равно продолжают их любить. Пес Господень мягко, но ощутимо сжал плечо майора, уперевшись своим лбом в лоб немки и вынуждая ту наконец оторваться от созерцания собственных рук и поднять глаза на него.
- Я рад, что ты жива, слышишь, - тихо сказал мужчина, - Мне к счастью не приходится менять свою шкуру так часто, как тебе, и я бы соврал, если бы сказал, что понимаю какого это. Но что я знаю точно – нести груз пережитого куда легче, если разделить его вес на две пары плеч вместо одной, - Мэтт коротко поцеловал женщину в высокий лоб, закончив этим истинно церковным жестом ту маленькую минуту сентиментальности, что они с Эйзенхарт могли себе позволить. Дела не ждали.
Преподобный, перекинув длинное видавшее виды пальто через высокую спинку стула, на который ему так любезно указала Скаисте, сел и, сцепив руки в замок, принялся внимательно слушать. Пару раз за время повествования брови клирика дернулись, выдавая эмоции хозяина – удивление и горечь вперемешку с жалостью – знал ведь, что все это не просто так. На смену недавнему негодованию пришло чувство вины, и Константин почувствовал ощутимый укол стыда где-то под ребрами, но говорить пока ничего не стал – все позже. Куда больший дискомфорт ему принесла информация о набиравшем обороты движении язычников: какая ирония – казалось бы еще совсем недавно свою маленькую победу на этом фронте праздновала католическая церковь, а теперь ситуация развивалась уже диаметрально противоположным образом.
- Рвется там, где тонко, - логично заметил мужчина, без особого энтузиазма качнув головой, - Сильно сомневаюсь, что подобный резонанс имел бы место в какой-нибудь из исконно католических стран, пронесись Дикая Охота там – но в Норвегии… сама знаешь, Церковь представлена здесь номинально – нам вообще очень сложно контролировать ситуацию в Скандинавии, - честно признался инквизитор, глубоко вздохнув, хотя был уверен, что Хола и так это понимает. И дело тут было вовсе не в желании Официума протянуть свои длинные руки в самые дальние уголки планеты (а оно было – румын даже не сомневался), а в том, что случись нечто похожее на то, с чем Скаисте столкнулась сейчас, во время своей службы, как Псы Господни не знали, за что хвататься: агентуры в странах никакой, доверие к людям в сутане среди населения практически нулевое, ни помощи, ни ресурсов – бегай по этой ледяной пустыне как хочешь и проблемы свои тоже решай как хочешь. Хоть Бога зови, хоть Дьявола. Как и сказала Небо – проза жизни.
«Все это весьма увлекательно», - пребывая в своих мыслях касательно услышанного, чуть было не ляпнул Константин, хотя был уверен, что Эйзенхарт его не осудит – кому как не ей было известно, насколько сильно порой работа могла сливаться с личной жизнью человека и какое влияние могла на нее оказывать: Мэтт любил решать загадки, в какой бы сфере жизни они не лежали, и признаться честно порой румын всерьез задумывался, были ли у него хобби, не пересекавшиеся с его профессиональным родом деятельности. На ум всегда приходил только футбол. С другой стороны, может это вовсе и не было так плохо, что он любил то, чем занимался – в конце концов сколько людей во всем мире безуспешно стремилось к этому. Отец Константин же, насколько бы ужасно при должном осознании не звучала эта фраза, находил в своей работе удовлетворение – даже если этой работой была перманентная война со злом, поочередно принимавшем вид то людей, то ведьм, то демонов, а то и их совокупности; и не было видно конца всей этой карусели страхов, желаний и пороков, ну или по крайней мере инквизитор не хотел слишком уж пристально вглядываться в эту бездну дабы не сойти с ума от осознания, что Зло не будет побеждено никогда – оно такая же неотъемлемая часть этого мира, как, например, атмосфера. В его силах было лишь попытаться как-то его сбалансировать, чтобы эта чаша весов не слишком сильно перевешивала все то доброе и светлое, что у них осталось.
- Я уловил твою мысль: думаешь, Охоту кто-то призвал? Это вообще возможно? – мужчина мог с полной уверенностью сказать, что тысяча и один демон из легионов Ада с большой радостью, по первому же призыву выпрыгнут на землю, стоит лишь подарить им небольшой намек, но в язычестве преподобный отец слегка «плавал» - не раз уже приходил к мысли, что пора бы усилием воли как-то слегка заполнить этот пробел в знаниях, но времени все как-то не находилось; а читать параллельно с материалами дел, которые сами по себе были полны всякой чертовщины, литературу о язычниках – так и до госпитализации в ближайшую богадельню недолго дослужиться.
В общем и целом идея целенаправленной подготовки всего этого преставления не была такой уж безумной – вопрос состоял лишь в том, позволяла ли это матчасть, а мотивы могли быть какими угодно, начиная от стремления к хаосу и заканчивая захватом власти.
- Радует, что пока они обходятся не пойми откуда взявшимися кабанами, а не «белыми козлятами», - голос инквизитора вопреки его словам звучал не слишком то радостно, - Дикая Охота – каков радиус ее действия? Какие еще города помимо Молде она уже посетила? – Мэтт изо всех сил старался как-то структурировать в голове наскакивавшие друг на друга вопросы и предположения; Пес Господень положил локти на стол и запустил длинные бледные пальцы в черную смоль волос – так глубоко насколько это вообще позволяла его физиология – и стиснул голову, словно это могло как-то помочь в их ситуации, - Нам нужно провести ответную акцию, если мы хотим держать население в узде – устроить демонстрацию сил и показать, что Церковь еще рано сбрасывать со счетов. Ладно, об этом я подумаю позже, давай вернемся к началу – книги, которые ты нашла, это они? – он взглядом указал на сложенные на столе сборники и бумаги и выборочно взял первый попавшийся среди них, изучив обложку и пролистав несколько страниц, - Я могу отправить несколько снимков нашим специалистам? Вдруг они что-то узнают, - вопросительно поднял бровь румын, и не сбавляя темпа разговора тут же продолжил, - Мы знаем о чем они? Точнее, несут ли в себе какую-то угрозу вроде гримуаров велефов или это так, сборник бабушкиных сказаний? Если нет, то еще раз внимательно вспомни, как вы нашли их: как выглядел тайник, показалось ли тебе что-то странным, может рядом был какой-то алтарь или жертвенник? Давай, Хола, нам очень важно максимально точно воссоздать последние события, чтобы понять откуда взялась Охота и можно ли как-то связать ее с твоими контрабандистами. Может они во что-то тебя не посвятили? Может никто из них не признал это своей собственностью, потому что не хотел, чтобы Охоту потом связали с ним? – он понимал, насколько сложно могло быть Скаисте вновь и вновь переживать события тех дней, но также знал, что если кто и был способен помочь ему в этом деле, так это она.
[nick]Matt Constantin[/nick][status]fidei defensor[/status][icon]https://i.imgur.com/nlie7R4.png[/icon][info]Мэттью Константин


28 лет; клирик, борец с ересью.[/info]

Отредактировано Michael Heron (2017-10-28 23:40:39)

+1

6

В яростных голубых глазах, чистых и вечно спокойных, умерло и затем вновь воскресло весеннее небо. Женщина устало выдохнула, положив тяжёлую сильную руку на пояс Константина и позволив притянуть её к себе для короткого, мягкого поцелуя в лоб; может быть, это было исключительно самовнушением, но ей практически мгновенно стало легче. По крайней мере, ей больше не хотелось волком выть на луну или вечно бежать по снегу вдаль, вдаль от всего и всех.

Встреча, обещавшая обернуться небольшим апокалипсисом локального масштаба и снести библиотеку в Молде под корень, состоялась, а мир всё ещё стоял, немного недоумевая от того, что он цел. Майор изобразила губами улыбку, которая - при некотором желании видеть лучшее и фантазии - даже не напоминала оскал, и вновь тяжело откинулась назад, одной рукой найдя свободное от листов и записей место, что опереться о него рукой. Им предстояло обдумать настолько многое, что лучше было начать прямо сейчас; авось, через пару дней смогу позволить себе закончить и выпить по чашечке кофе.
- Говоря откровенно, нам ситуацию в Скандинавии контролировать не лучше, - довольно самокритично признала ведьма, - в стране происходит чёрт знает что шесть лет подряд, местная полиция делает вид, что она не при делах, а "Интерпол" еле сводит концы с концами в собственных расследованиях, потому что стоит уехать в какой-нибудь Тролльвейк, и тебя вовек не найдут. По-моему, хуже этих заповедников со фьордами только российские леса с болотами. Ну или, как минимум, они равноценны.
Она постучала пальцами по колену. Безусловно, традиции асатру она теперь знала значительно лучше, чем преподобный отец - тут хочешь-не хочешь, а было абсолютно полное погружение в чужеродную действительность, - но всё же женщина была далека от совершенства.
- Честно? Мэтт, я понятия не имею! - Тряхнула светлыми волосами Скаисте, и в голосе её проскользнула тоска. - Я не то, чтобы большой знаток мифологии, но всё же выросла я в Германии. Я из сказок и легенд помню и про Дикую Охоту, и про Вотана, и про Донара, и про кого только не, и да, я ни разу не слышала про то, чтобы Охоту можно было призвать. Охота - это чистый хаос, в общем-то, мертвецы, собирающие жатву среди живых, они не принадлежат ни одному из известных мне миров, ни бренному земному, ни аду, и они как-то очень сами по себе; говорят, что Всеотец сам ведёт своих эйнхериев, такова его обязанность. Но тут есть определённая проблема… Охота должна появляться в одну ночь в году. Не в три подряд и уж тем более не скакать из одного города в другой. Исходя из того, что Охоту я видела собственными глазами - и мне не понравилось, - склонна считать, что заблуждаются всё-таки мифы.

Перед глазами её вновь пронеслись отрывочные видения призраков на мёртвых лошадях с пылающими глазами; Эйзенхарт, сжав переносицу пальцами, сильно зажмурилась. Да уж, чёрт возьми, ей только кошмаров наяву от этого не хватало на фоне вечной нехватки сна и никотиновой зависимости.
- Хаммерфест, - мгновенно отреагировала она на вопрос, убирая ладонь от лица. - Она началась в Хаммерфесте. Так себе городок, конечно, но в нём всё-таки есть ратуша и Музей белых медведей; потом появилась в Молде. Может быть, двигается с севера на юг, может быть, просто совпадение. Единственное, что могу сказать - Молде больше Хаммерфеста почти в три раза, и его Дикая Охота тоже смогла накрыть целиком. Возможно, их сила растёт.
Ремарка в сторону необходимого вмешательства церкви её, кажется, даже повеселила.
- Угу. Смутно подозреваю, что акцию вам придётся проводить при поддержке войск НАТО, - буркнула Небо, но от последующих комментариев воздержалась.
У неё вообще были сложные отношения с политикой. По старой военной памяти, женщина считала наиболее простым и логичным средством выражения позиции государства для несогласных пулемёт - и эффективным, надо заметить, тоже. ООН был с ней существенно не согласен, хотя вышестоящее начальство силовиков порой, сумрачно наблюдая за безумием, творящимся в как бы цивилизованных странах, склонно было признать, что в таком методе что-то есть.

- Отправляй, - махнула рукой женщина, - один хрен мне потом, вероятно, придётся оформлять всё это дерьмо в посылочку на ваш адрес, потому что ну ни разу не юрисдикция это "Интерпола". Узнают они на месяц-другой раньше про существование этих книжек - да не велика беда. Единственное, что я тебе могу точно сказать, что магии как таковой я в них не чувствую, это не как с книжечкой у того замечательного колдуна. Если в них что-то и есть, то оно более глубокое. Хм… Ну как знаем; частично знаем. Тут у нас богатый склад мифологической литературы, от двух "Эдд" до исландских саг в оригинале. Есть парочка книг по рунной магии. И есть две, которые я не знаю, что это такое, потому что они то ли зашифрованы, то ли на языке, который ни я, ни спецы из моего ведомства не встречали никогда. Пока они бьются об то, чтобы понять, что это вообще за хрень, работать приходится с тем, что есть. Вот эта и та, подальше, что зелёная.
Потянувшись, ведьма взяла оба тома, сдула с них пыль, безразлично просмотрела ещё раз, убеждаясь, что ничего не пропустила, и положила рядом с инквизитором, сделав широкий жест рукой. Его вполне можно было бы трактовать как "делай что хочешь, хуже уже всё равно некуда". Секретность при скачущих по небу всадниках всё равно приходится отложить на следующий раз, потому что их даже слепой не смог бы не заметить.

- Да нет, Мэтт, - тут женщина чуть поморщилась от того, насколько специфичные темы приходится затрагивать, но всё равно продолжила, - не понимаешь ты специфики северного язычества. И благословенно будь мироздание, потому что хватит с нас одной меня, увязшей в этом по уши. Среди всей группировки сейдкона была одна - я. Дар у меня есть и был всегда, я всегда была близка к природе, это и позволило нам ввести меня в состав так быстро и, в принципе, весьма успешно. Но больше там… Они все - дети Тора; бывшие солдаты, они не идут по пути Игга или Фрейи, им это не нужно. Они другие, они о другом, им это просто не требуется. Я верю, что им эта рунная магия - как мне балет, посмотреть издалека и восхититься, а потом пойти дальше топором дрова колоть да не думать о всяких премудростях.
Однако что-то беспокоило её, царапалось в офицерской памяти вымуштрованного разведчика, привыкшего замечать всё и потом пользоваться этим на полную катушку.
- Знаешь, - вдруг задумалась Скаисте, нервно куснула себя за нижнюю губу, - вообще был один мужик… Он не наш был и не с нами, я его видела один раз. Не норвежец, говорил с сильным акцентом. Звали его… Ммм… Чёрт, не помню. Марк? Да, точно, Марк; вот он к нам один раз в сторожку вместе с Олафом заходил, тот его как-то смутно представил, вроде старого приятеля, с которым то ли служил, то ли в море ходил, в общем, что-то невнятное. Не смотри на меня так, формально я служила егерем в национальном парке, причём вполне неплохо служила; если бы не всё это безумие, задумалась бы, а не остаться ли там. Всё ж получше, чем мои скачки по миру в режиме бешеной лошади. И потрепались они чуток, а потом я опять на дневной переход пошла и не знаю, что там было. Но вот это всё добро мы из тайника в той сторожке изъяли. Ничего там не было, нашли по-большому счёту потому, что по инструкции положено было полы простучать. Лежал свёрток из обычного льна, я сама его доставала и разворачивала.[nick]Skaista Eisenhart[/nick][status]ловец человеков[/status][icon]http://forumavatars.ru/img/avatars/0016/2a/ef/487-1485246668.jpg[/icon][info]Скаисте Эйзенхарт


37 лет; ведьма, оперативный агент "Интерпола"[/info]

+1


Вы здесь » Marvel: All-New » Будущее | Вне реальности » [Страж] libera, Deus