07.11.18 НАМ ТРИ ГОДА! Поздравление, про праздничный раздел и про некоторые обновления.

02.11.18 Анонсируем! Кто понял — молодец, кто еще не знает — в этот день будет сюрприз. (:

01.11.18 С Днем Рождения, Фетя!

Marvel: All-New

Объявление

    - Фиксер, свяжись с теми, кто должен был обеспечить наше отступление. Введи их в курс дела.
    - Так точно, Мадам Гидра, - в радиоэфире повисла тяжелая пауза, в ходе которой оба участника судорожно размышляли над перспективами одного отдельно взятого инженера дожить до рассвета. - Прости, босс, не удержался. © Baron Zemo

* — Доступы для тех, кто не видит кнопок автовхода:
Пиар-агент: Mass Media, пароль: 12345;
Читатель: Watcher, пароль: 67890.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvel: All-New » Прошлое » [01.05.16] Немного промахнулись


[01.05.16] Немного промахнулись

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

https://pp.userapi.com/c615729/v615729730/15965/qUq8xYD1xv8.jpgWhatever the prophecy
Let it be!


Время: время суток не установлено
Место: Альфхейм
Участники: Enchantress as Aelsa, Agamemnon as Unknown
Описание: Или краткая история о том, насколько удачно порой можно занять чужое место и еще и попытаться обжиться на нем.

Отредактировано Agamemnon (2018-05-03 23:45:09)

+1

2

Малекит Проклятый канул в небытие, и этого оказалось достаточно, чтобы народ Альфхейма воспрял духом и выгнал прочь темных захватчиков. В царство светлых альвов вновь пришел мир. Об этом шелестел изумрудной листвой Зачарованный Лес, об этом пели райские птицы в Садах Фей, даже молчаливая серебристая форель восторженно плескалась в пруду Русалок. Все обитатели волшебного мира ликовали и праздновали окончание Войны Десяти Миров. Все, кроме бедной королевы Эльсы, что осталась томиться заточенной в темной камере под дворцом Льёсальфгарда. Однако трон царства светлых альвов не был пуст. На нем восседала Амора, прельстившись  чужой жизнью и лицом.
Нельзя было сказать, что у волшебницы не было иного выхода. За свою помощь в борьбе с Малекитом и Суртуром она была помилована и вновь могла вернуться в Асгард, разумеется, пообещав больше не творить зла. Однако вариант такой был не по душе Чаровнице, потому что тяжелые и подозрительные взгляды след, да шепот в спину не изменила бы ни единая ее клятва. Да и не нужно было ей такое снисхождение Всеотца. Слишком гордою была дева Ванахейма. Впрочем, дерзить Амора не стала и как могла выразила свою благодарность, однако в золотом граде богов не осталась.
На цветочный трон Альфхейма ложная королева вернулась под всеобщее ликование. Чары волшебного зеркала Мисолий были настолько сильны, что ни один маг не был способен узреть под белоснежным фарфором маски истину. А ежели кто-то замечал в поведении правительницы странное, то все списывали на последствия ужасного союза с Малекитом, на который она была вынуждена пойти под давлением. Жизнь Аморы с того момента стала сладкой как мед, да только успокоения своей душе она так и не нашла.
Сидя в королевских покоях, правительница бережно расчесывала серебристые волосы и смотрела на закатное солнце. После того, как связь с Альдриф оборвалась, а Темный Совет прекратил свое существование, Чаровница точно потеряла часть себя. Она пыталась понять, куда же теперь лежал ее путь, но впереди простиралась до горизонта лишь темная дымка - дорога вела волшебницу в никуда. Но еще страннее и страшнее было то, что и сны Аморы были наполнены кошмарами, больше походившими на пророческие видения и предрекавшими ей скорую погибель. Ложная королева вздрогнула и обхватила себя руками, точно в покоях вдруг резко похолодало. На душе было тревожно, и сердце пропустило один удар.

[icon]http://funkyimg.com/i/2G7Lj.png[/icon][nick]Aelsa Featherwine[/nick]

Отредактировано Enchantress (2018-05-09 23:27:28)

+1

3

В последнее время Альфхейм всё больше напоминал сказку, которую еще совсем недавно чуть было не разбило в крошево пробравшееся сюда с войной Зло. Тёмные эльфы, в общем-то, давно стремились что-то сделать с этим местом, каждый раз разное, но неизменно нехорошее. В этот раз они, пожалуй, превзошли себя, причем настолько, что Эльсу было жаль даже многим тем, кто лично её никогда не знал и даже не имел особого интереса к происходящему в этом месте, по которому Мидгард, как это ни забавно, так фанател и грезил в своем творчестве.
А ведь люди вряд ли понимали, что часть описанного ими существует где-то на самом деле. Где-то они предполагали полный и несусветный бред, где-то удачно тыкали пальцем в небо и даже угадывали. Какое-то время его забавляло сравнивать человеческие предположения с действительностью, но довольно быстро наскучило. Никакой текст и никакие фантазии не могли передать реальных красок, а светлые эльфы и эта ветвь Иггдрасиля говорили за себя лучше кого бы то ни было.
Мир был тих и прекрасен в вечернем освещении, однако, не смотря на всеобщее ликование, по меньшей мере у него сохранялось четкое ощущение, что мир всё еще что-то отравляет и что не всё в нем теперь так, как должно было быть. Потребовалось некоторое время и некоторые усилия, чтобы понять, что именно, но и подозрения было так просто не проверить, хотя они лишь укрепились за эти дни. Как и укрепилась мысль всё-таки проверить их, не смотря на немалый риск обломать ушастым всё их неописуемое, не поддающееся никаким словам счастье. Даже если для этого пришлось приложить усилия еще более весомые.
Альфхейм был тем местом, окружение которого говорило само за себя — природа вокруг прекрасно выражала собственные эмоции, и сейчас она тихо мурлыкала шелестом листвы в гармонии, провожая уходящий день. Однако с последним лучом солнца возле окон королевы раздался чуть более громкий и отчетливый шелест другого характера — отчетливый шелест гладких перьев и работающих крыльев.
С подачи кое-кого вороны всегда были вестниками Асгарда. И сейчас один из них клювом постучался в окно Эльсы, вручил той сложенное письмо и растворился в темноте, не пожелав разговаривать или как-либо идти на контакт, не прельстившись даже вероятными гостинцами. Если, конечно, им в принципе были здесь сейчас рады. Чёрные птицы редко приносили хорошие вести.
Однако аккуратным витиеватым почерком были выведены лишь следующие строки:

"Королева Эльса!

Я счастлив, что эта война наконец-то закончилась. К сожалению, даже сейчас это всё еще может быть лишь видимостью, а потому я хотел бы поговорить о вопросах государственной важности. Тех самых, которые остались недосказанными и о которых Ваши подданные пока ничего не подозревают, но могут вскоре начать, если не сообщить им правду.
Буду ждать Вас у старейшей ивы у ручья, что недалеко от врат в город. Нам многое нужно обсудить.

Ваш покорный слуга,
не исполнивший просьбу."

Отредактировано Agamemnon (2018-05-19 02:03:26)

+1

4

Вестника из Асгарда королева светлых эльфов никак не ожидала. Альфхейм редко контактировал с градом богов. Даже во время оккупации Малекитом и его темным войском никто из асов не рискнул вмешаться в политику двух эльфийских государств, оставив все это на откуп им самим. Так что же могло им понадобиться сейчас? А главное, кому?
«Эльса» приняла письмо у ворона и даже не успела внимательно его рассмотреть – гордая птица мгновение ока выпорхнула обратно в окно, мягко шелестя крыльями. Женщина покрутила послание в руках, однако никакого опознавательного клейма или печати не обнаружила. Лист бумаги не был даже спрятан в конверт, что наводило на крайне странные размышления. Закрыв окно, эльфийка отошла в сторону и присела на край постели. От кончиков ее пальцев к письму заструились тонкие нити чар, пронзая бумагу цвета молочной кости насквозь. Волшебница пыталась понять, кто же отправил ей послание, но заклятие отзывалось пугающей пустотой. Это не был Тор, не был и Вали. Не ощущалась и рука Всеотца или Всематери. Мистический след был Чаровнице неизвестен. Наконец, она раскрыла лист бумаги и впилась напряженным взглядом в аккуратные строки. Почерк тоже оказался для Аморы незнакомым, а само содержание всколыхнуло томящееся в груди волнение.
- И что же я должна делать? – голос королевы легким эхом прозвенел в стенах покоев и потонул в тишине без ответа. Одной идти на встречу было чистой воды глупостью и непозволительной роскошью для королевы светлых эльфов. Брать с собой доверенных людей для охраны означало потенциальный риск для ложной правительницы. Ибо кто знал, что за гость ожидал ее у самой старой ивы? Однако то, что было опасно для Эльсы, едва ли могло навредить чародейке из Асгарда. Даже если письмо манило в ловушку, Амора была уверена в том, что легко и изящно справится с любым, кто рискнет посягнуть на ее жизнь. Но все же осторожность никогда не была лишней. Чаровница вскочила с постели и подлетела к письменному столу, на котором стоял резной подсвечник в форме женской фигуры. Схватив его, женщина с размаху швырнула серебряную статуэтку о пол, однако вопреки ожиданиям тот при падении не издал ни звука, только лишь зашипел и начал исторгать из себя клубы зеленого дыма. И когда он наконец рассеялся, Амора с довольным выражением лица осматривала свою точную копию.
- А хороша королева этих длинноухих, - рассмеялась волшебница на два голоса. Вторая Эльса говорила и двигалась в точности, как она сама. – Ступай к старой иве. Ты будешь моими ушами, глазами и голосом. Посмотрим, кто так жаждет встречи с прекрасной королевой.
Чаровница провела по воздуху руками, очерчивая контур женского силуэта, который вслед за этими движениями покрылся серым плащом с капюшоном. Копия присела в легком реверансе и тотчас же поспешила к дверям, ведущим прочь из королевских покоев.

Сняв с головы капюшон, Эльса внимательно осмотрелась вокруг. Величественная ива скрывала последние лучи закатного солнца, создавая вокруг себя тень. Стены и врата Льёсальфгарда остались позади, как и те, кто могли уберечь женщину от скрытой опасности. Впрочем, в ее льдистых глазах не было ни капли страха. Она не привыкла бояться.
- Покажись, незнакомец из града богов. Назови себя и цель визита.
[nick]Aelsa Featherwine[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2G7L7.png[/icon]

+1

5

Ожидание, как обычно, являлось самой глупой и бестолковой частью затеи, особенно когда вторая часть плана работала немного независимо от тебя самого.
Окопаться в кустах вряд ли можно было назвать разумным решением, но оно всё же оказалось не безосновательным — во всяком случае, по предварительным выводам. Записка, само собой, была попросту липка, выдуманная на коленке (почти, если не считать исполнения) — настоящая королева бы точно эту деталь поняла, поскольку вряд ли она там что-то подобное назначала, а если и назначала, то точно знала, с кем. Если не знала — маловероятно, что Эльса поперлась бы в явную ловушку сама, но сейчас она никого с собой не взяла, что наводило на определенные мысли. Вернее, подтверждало унылые догадки того, кто с нейтральной своей позиции решил побыть на сей раз на стороне добра. Если он держался преимущественно в сторонке от всей этой военной компании, покуда его лично это не касалось, то, относясь к ней с откровенным неодобрением, не хотелось закрывать на некоторые вещи глаза.
Вали нахмурился, про себя нашептав простую формулу проверочных чар, пытаясь более точно понять, что тут, всё-таки, происходит. Чтобы откровенно не спалиться, себя пришлось одернуть незадолго до того, как его собственное заклинание столкнулось напрямую с чужой магией, на которую в подобной мере Эльса была явно неспособна.
Где-то на том же моменте Вали оставил укрытие, исчезнув в неизвестном направлении.
Ну... пожалуй, в эту игру можно было играть и вдвоем. А то и втроем.

— Вы разве не узнаете меня, королева? — бархатный голос раздался немного издалека и будто бы удивленно, и его обладатель показался из-за отдаленных деревьев не сразу, как не сразу и отозвался на негромкий вопрос. Высокий мужчина был облачен в дорожную одежду и не походил ни на бога, ни на мечтателя, и выглядел просто среднестатическим воином. Которому, самому того не ведая, было дозволено нести любую чушь с лицом полной и безоговорочной в ней убежденности. — Я как посол между нашими народами выполнял ваше поручение и выслеживал сообщников проклятого тёмного эльфа, вторгшихся на наши земли. Малекит потерпел поражение. Но у него остались сообщники, а так же ходит слух, что Леди Фрейя, на самом деле, не та, за кого себя выдает.

* — это не сам я из себя другого строю, если вдруг что. Почти схожего плана иллюзия.

Отредактировано Agamemnon (2018-06-02 01:20:48)

+1

6

Льдисто-голубые глаза смотрели на незнакомца с тревожным прищуром. Выслушав то, что рассказал вестник, королева не стала торопиться с ответом. Оказавшись в шкуре Эльсы, чародейка из Асгарда не предполагала, что может столкнуться с чем-то неизвестным. С какими-то тайными заговорами эльфийской королевы, например. И вопрос был, на самом деле, крайне щекотливым. Если Эльса на самом деле имела какие-то тайные договоренности с Асгардом, то отрицание вызовет ненужные подозрения. Однако верным было и обратное. Если эльфийка примет все за чистую монету, а незнакомец на деле окажется не тем, за кого себя выдает… Какая неоднозначная ситуация.

— Я должна была убедиться в том, что это действительно ты, — голос женщины мелодично звенел точно хрустальные колокольчики. Напряженные заостренные черты лица смягчились, а тонкие губы сложились в улыбку. На самом деле за последние тысячелетия Амора совсем разучилась принимать чужие слова на веру. Особенно из уст тех, кто был ей незнаком. Вот и этому бархатному тону, что так сладко ласкал слух, она не поверила ни на мгновение. Однако это не мешало ей разыграть небольшой спектакль, потому что кто знал, быть может, загадочный доброжелатель раскроет себя?
— Что же случилось с леди Фрейей? Как может вместо нее быть кто-то иной? Один Всеотец настолько ослаб, что не способен распознать своим глазом змею на груди? Невиданные вести, мой дорогой друг, — королева всплеснула руками и изумленно охнула. — Но даже если это так, какое в этом знании дело светлым эльфам? Асгард испокон веков был равнодушен к чужим бедам, он не откликнулся и тогда, когда над нашими землями сгустились черные тучи. Он был глух, когда темные эльфы безжалостно вытаптывали наши заливные луга и уничтожали серебристые рощи. Он отвернулся, когда мы потеряли надежду. Мне пришлось пойти на страшную сделку, чтобы остановить кровопролитие и насилие над моим народом.
Голубые глаза словно источали холод, а в голосе звучали нотки ледяной стали. Сама Амора тоже не любила золотой град богов, так что речь Эльсы отчасти сплелась с ее собственной неприязнью, что делало ее слова искренними и правдивыми.
— Но полно, друг мой, пусть боги сами решают свои проблемы. Есть ли известия о Малеките Проклятом и его союзниках? Может ли Льёсальфгард спать спокойно, не опасаясь возвращения страшного тирана?
[nick]Aelsa Featherwine[/nick][status]A Light in the Darkness[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2HpdM.png[/icon][sign]May it be the shadow's call
Will fly away
May it be your journey on
To light the day
When the night is overcome
You may rise to find the sun
[/sign][info]Эльса Федевайн


Возраст: 25/~;
Сторона: Альфхейм;
Сверхсилы: эльфийская физиология, зачатки огненной магии.[/info]

Отредактировано Enchantress (2018-07-06 22:24:36)

+1

7

— Конечно, моя королева, — мужчина вежливо чуть склонил голову. Её вопросы его ничуть не удивили, они были вполне закономерны для подобной ситуации. Тем более что "на той стороне ниточки" маг уже убедился в том, что перед этим человеком сейчас стояла совершенно точно не Эльса. Понять бы еще кто — случайная жертва или хитрая гиена... — Я многое обязан пояснить.
Лицо мужчины приобрело печальное и сосредоточенное на мыслях выражение, — как обычно бывает, когда думаешь, с чего правильнее начать, поскольку и вопрос звучал далеко не один.
— Один ослаб, но не настолько, чтобы не распознать самозванку. Прошу меня простить, я не совсем ясно выразился — Леди Фрейя является самой собой, это верно. Не та, за кого себя выдает, она в своих словах и деяниях. Возможно, за длительной болезнью было скрыто нечто большее, поскольку Фрейя там, где не видят глаза её народа, не действует более в интересах Асгарда. Я внимательно наблюдал за ней и это чуть было не стоило мне жизни, однако она связалась с теми же нелюдьми, которые помогали Малекиту Проклятому. Местоположение самого Малекита мне неизвестно, но война еще далека от окончания, моя госпожа. Готовится новый её виток, и готовится он в самом сердце Асгарда. По этой причине... это всё еще важная для нас информация. Неясно, сколько у нас времени, но одного моего гласа как свидетеля будет недостаточно, чтобы убедить наши народы в тяжести данной угрозы. Я лишь исполняю свой долг и ваши поручения. А теперь...
Воин неторопливо откинул подол плаща, умелым движением достал из ножен легкий одноручный клинок и воткнул его перед собой в землю, немедля опустившись на колени перед Эльсой и виновато склонив голову.
— А теперь о вашем прямом поручении, Госпожа. Я не сумел выполнить его. Я не сумел раздобыть камень времени, как вы меня о том просили. Я помню важность этой задачи, как и связанные с этим вероятности и трудности для вашего плана, и готов понести соответствующее наказание.

"Именем Выдуманного Саурона, что я несу", — думал про себя подросток, который, тем временем, приглядывался к покоям фальшивой королевы. Не приближаясь, впрочем, соблюдая безопасное расстояние — мираж Эльсы был достаточно искусен, чтобы было полной глупостью недооценивать неведомую противницу на этом поприще. Однако с такого расстояния сложновато было что-то разглядеть и при этом не спалиться, поскольку в её покоях явно всё еще кто-то оставался. Поразмышляв немного, Вали решил, что ситуация и без того уже сложилась такая, что терять будет в общем-то нечего — шум в любом случае грозил подняться и привлечь более пристальное внимание к вопросу, так что можно было действовать ва-банк.
Здесь снова выручил заколдованный ворон. Только на сей раз он принес с собой не письмо, а другую магию, которая оформилась в стрелу вместе с пикирующей птицей и пронзила иллюзию. Подумать над её структурой у него возможность была — и подобное её формирование, связанное с заклинателем напрямую, скорее всего ощутит на себе сам заклинатель. Это должно было и разрушить мираж, и вышибить дух из Эльсы... и тогда, вероятно, пара мгновений у него будет, дабы выступить за защиту настрадавшегося эльфийского мирка. Хотя, говоря откровенно, куда настоящую Эльсу дели он понять уже и не надеялся, и тут даже любопытство сломалось к чертям.

Отредактировано Agamemnon (2018-07-18 01:10:09)

+1

8

Эльса хмурила белоснежные брови, задумчиво глядя словно куда-то сквозь таинственного вестника. Сложно было понять по его лицу и мягкому голосу, насколько правдивы были его слова, но в любом случае они вызывали у нее смутное ощущение грядущей беды. Ведь что искусная ложь, что безжалостная правда — легче от этого не становилось.
— Вести, что ты принес, тревожны и печальны, — королева светлых эльфов перевела взгляд на преклонившего перед ней колени мужчину и сделала несколько шагов навстречу, опустив прохладную невесомую ладонь ему на голову. — Встань, друг мой. Нет нужды склонять предо мной голову, ведь мне прекрасно известно, что верность твоя прочна, как алмаз, а упрямство и целеустремленность не знают границ. Ты сделал все, что было в твоих силах, я это знаю.
Подцепив тонкими пальцами подбородок, женщина заставила гонца поднять голову и посмотреть в ее глаза. Льдистого холода в них уже не было и в помине, лишь безграничная синева и спокойствие ласкового моря.

Сидя на краю роскошной постели, Амора кусала побелевшие от напряжения губы. Магия и тонкая связь с копией тянула силы, требуя постоянного поддержания тонкой паутины чар. Меж тем колдунью тревожила и суть разговора. Ежели Эльса действительно хотела найти камень времени, то для чего? Исправить разрушения? Изменить ход истории? Откуда вообще эта длинноухая могла знать об артефакте такой мощи? Осознание собственной глупости неприятно поскреблось по самолюбию чародейки. Ведь как ей не пришло в голову такое простое решение? Насчет всех планов эльфийской королевы можно было спросить непосредственно у нее самой. Благо, что Чаровница знала, где можно было найти плененную эльфийку. И даже если бы Эльса не пожелала рассказать сама, под влиянием колдовства она не смогла бы долго продержаться. Амора резко поднялась на ноги и собралась уже открыть портал в ту темницу, где в тайне от всех томилась королева светлых альвов, как резкая боль навылет пронзила ее грудь, заставив осесть обратно на мягкую перину.
— Что за… — судорожно хватая белыми как мел губами воздух, Амора вцепилась тонкими пальцами в ткань покрывала. Последнее, что видела копия Эльсы там, у старой ивы, перед тем, как упасть на землю оплавленным серебряным подсвечником, был черный ворон. Вероятно, тот самый, что принес в ее покои письмо.
— Кто желает мне смерти? — прижав ладонь к груди, в глубине которой тревожно билось сердце, сквозь зубы процедила женщина. Это было крайне неприятно, однако понять, от кого исходил предательский удар, Амора понять не могла. Разве что можно было ухватиться за тонкую нить, что связывала темнокрылого ворона и этого мужчину, что так горячо и преданно рассказывал о своей верности.
— О, королева, ты должна быть осторожна в выборе союзников, — тонкие эльфийские губы скривились в презрительной усмешке. Отчего-то сомнений в том, что атаковать решил именно неведомый друг, у чародейки не осталось. Быть может, она и ошиблась, но лучше так, чем стать новой целью его удара. Кем бы он ни был, такой оплошности Амора более допускать не собиралась и сплела по стенам комнаты сетку из чар, что предупредила бы о вторжении и отчасти приняла удар на себя.
[nick]Aelsa Featherwine[/nick][status]A Light in the Darkness[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2HpdM.png[/icon][sign]May it be the shadow's call
Will fly away
May it be your journey on
To light the day
When the night is overcome
You may rise to find the sun
[/sign][info]Эльса Федевайн


Возраст: 25/~;
Сторона: Альфхейм;
Сверхсилы: эльфийская физиология, зачатки огненной магии.[/info]

+1

9

Ожидания Вали, к его некоторому разочарованию, оправдали себя — кем бы ни была самозванка, заклинание её не убило.
Это было одновременно и радостное откровение, и горестное, поскольку брать штурмом замок в его планы не входило. Сидя на одном из деревьев и скрываясь за его листвой, Агамемнон некоторое время оставался неподвижен, наблюдая за происходящим и размышляя над дальнейшими действиями.
Вариантов у него, на самом деле, было немного. Можно было не рисковать и просто уйти, его в любом случае не найдут... сейчас. Он знал, на что были способны и неспособны эльфы, но у него возникали сомнения относительно возможностей самозванки. Он мог затереть за собой все малейшие следы своих действий и своего пребывания здесь, но не исключал, что эта дама всё-таки в итоге найдет, за что зацепиться в опознании убийцы, а возможностей открытия охоты на него у неё с данной позиции имелось хоть отбавляй. Могла браться за это как и сама, так и натравить на него оскорбленных в лучших чувствах длинноухих. Можно было найти доказательства своей правоты и причины поступить именно так, но всегда оставалась вероятность, что фанатично-верующих это не сильно убедит в его невиновности и причастности королевы к чему-либо (с учетом неясности данного "чего-либо"), тем более что неясно вообще, к чему. Нет, это не было катастрофой, но терять из-за такого доступ в Альфхейм не хотелось. Но более удручало скорее то, что потом, когда неизвестная полностью очухается, реализовать задуманное тихо и безнаказанно будет еще сложнее.
Оставлять всё как есть не хотелось.
И не факт, что потом будет смысл вообще пытаться искать настоящую Эльсу. Не факт, что этот смысл всё еще был, однако надежда на какой-то благополучный исход пока еще оставалась.
Или можно было не терять времени и пойти в лобовую сейчас. От эльфов-то он, конечно, в случае чего смоется, только в случае провала спалится окончательно. Профукивать свою невинную позицию "я тут гуляю всегда с краю и никого не трогаю, ни во что не вмешиваюсь", конечно, тоже не хотелось, но, наверное, после Пантеона это будет не так обидно.
Всё можно было просто начать сначала.

Поразмыслив над дальнейшим и решив всё-таки действовать штурмом, Вали тихо соскользнул с дерева в растущие под ним кусты, и стал пробираться к замку. Внутренняя суета не чувствовалась, словно бы Королева не поднимала тревогу. Парень хмыкнул краешком губ — ну еще бы, кому на неё нападать в её же комнате, когда есть её защитная магия?
Потребовалось лишь какое-то время, чтобы проникнуть на территорию самого дворца, не задев окружных ловушек.
Ворон крутился неподалеку от него, в итоге привлек внимание кого-то из надзирателей.
Через пару минут бдения надзиратель оказался в розовых кустах у ограды среди самих кустов, во временном беспамятстве способный только шевелить бутонами да листочками, а Вали в облике этого эльфа исследовал коридоры дворца, пытаясь разобраться и не перепутать, всё ли необходимое с него содрал и с кем должен или не должен по этикету здороваться, перед кем должен кланяться, а кого сам обязан игнорировать. Кому обязан или не обязан объяснять, почему он шляется по замку и зачем. Лишнее внимание при любых действиях и перемещениях по коридорам забирала на себя не-излишняя осторожность — и собственную магию требовалось скрывать, чтобы не заподозрили раньше времени, однако созданный некоей ведьмой барьер всё еще вызывал вопросы. Которые исчезли сами собой, когда ему под руку подвернулась одна из служанок, по вине ночного столкновения едва не грохнувшая весь реликтовый сервиз вместе с отварами.
— Прощу меня простить, вы ни в чем не виноваты, — заверил эльф растерявшуюся, но воинственную гувернантку, которая не пошла мстить за неприятное мгновение невежам просто потому, что у неё руки были заняты фарфором, а чаи были дороже взбучек. Эльф же вернул чуть не отправившуюся в полет чашку на поднос и внимательно посмотрел прислуге в глаза. — Позвольте я вам помогу.
Перехватив одной рукой поднос, который, судя по направлению, изначально тащили всё-таки откуда-то на кухню, мужчина быстро вскинул руку и приложил два пальца ко лбу эльфийки, не обрывая зрительного контакта.
— Отнеси это королеве. Без стука, тебя пропустят и так. На любые возмущения отвечай, что тебя попросили об этом.
Мгновение не продлилось долго, но девушка удивленно сморгнула, вопросительно поглядела на стоявшего рядом эльфа, пока тот не отступился, и почапала дальше, сменив направление шествия на коридоры, которые интересовали уже его.
Сам Вали проследовал за ней, соблюдая дистанцию в один коридор и по пути аккуратно наложив на неё заклинание, зглушающее любой явный шум и явные следы присутствия живого существа. Эдакое покрывало-невидимка.
Прежде чем ломиться в неизвестный защитный барьер, не взаимодействуя с ним собственной силой напрямую, следовало понять, на кого он распространяется. Лишний чай королеве вряд ли повредит, даже если его до этого уже попробовали некие другие не последнего ранга эльфы.
К двери Вали не приближался, но, надо сказать, сервиз всё равно поднял грохот. Не в первый, так и во второй раз, поскольку то, что осталось от девочки-без-стука, вызвало желание не высовываться из-за стеночки. Но вместо здравомыслия проходивший мимо "сторож" пошел поднимать тревогу об угрозе королеве и "внезапной гибели служанки возле покоев королевы".
Ладно, если создавать проблемы, то по полной. А остальное как получится.

Отредактировано Agamemnon (2018-09-02 19:14:32)

+1

10

Никто и никогда не смел входить в покои королевы светлых эльфов без стука, но сегодня молодая служанка нарушила установленный порядок. И ошибка эта стоила ей всего. Тревожно натянулись и зазвенели острые струны чар, что окутали покои Эльсы незримой сетью. Тихий и короткий вскрик утонул в звоне бьющегося тончайшего фарфора и грохота серебряного подноса о каменный пол. Жизненная энергия покинула неосторожную эльфийку, оставив лишь пустую оболочку тела на полу. Чаровница, все еще будучи в облике светлой королевы, обернулась и брезгливо поджала губы. Сложно было сказать, по своей ли воле несчастная пришла без стука в ее покои или нет. Однако в любом случае ей не стоило этого делать.
— Бедная девочка, — без тени сочувствия или каких-либо иных эмоций произнесла Эльса. — Простым смертным не стоит нарушать установленных правил.
Она переступила через бездыханное тело длинноухой и провела рукой по воздуху, забирая энергию чародейской сети и рассеивая заклятие. Одновременно с этим ее другая рука плавно очертила контур портала, что раскрылся перед ней изумрудными всполохами. Если сначала Амора предполагала дождаться недоброжелателя в комнате, то появление служанки планы изменило. Играть вслепую дева Ванахейма не любила.
Зеленое марево портала схлопнулось в крошечный сияющий шарик за спиной у чародейки, после чего магический источник света плавно поднялся вверх, зависнув у нее над головой.
— Здравствуй, Эльса, — волшебница прошлась вдоль прутьев решетки, проводя по ним кончиками пальцев, отчего на поржавевшем металле оставались едва заметные мерцающие следы. — Пора очнуться от сна и поведать мне о твоем друге из Асгарда.
Ресницы настоящей королевы, сидящей в углу камеры, слабо вздрогнули. Тюремное помещение не изобиловало роскошью, но и откровенной дырой не являлось. Светлую эльфийку никто не истязал, не морил голодом, однако она была больше похожа на мраморную статую, нежели живого человека.
— Молчишь, дорогая? Впрочем, что удивительного, — точная копия Эльсы цокнула язычком и плавно повела рукой по воздуху. Магическая энергия тонкой нитью потянулась от кончиков пальцев к губам упрямой пленницы, заставляя ту говорить.
— У нас нет друзей в Асгарде. Я знаю деву-Тора, однако не веду с ней дел. Мне неведомо, о ком ты ведешь речь.
— И за камнем времени никого ты не посылала, верно? — задумчиво поинтересовалась Амора.
— Нет. Я не знаю, о чем ты говоришь, — равнодушно ответила эльфийка.
— Вот оно как… Что ж, спи тогда дальше. Возможно, твое счастье, что сейчас ты сидишь здесь.
Тусклый зеленый огонек над ее головой угас, а дева Ванахейма отступила назад, растворяясь в темноте. Значит, неведомый друг солгал. Причем, если он пошел на это, то скорее всего догадывался о том, что цветочный трон занимала самозванка. Иначе спектакль этот просто не имел смысла. Размышляя над странностями происходящего, Амора на мгновение забылась и ослабила контроль над магической защитой. Впрочем, она и подумать не могла, что неведомый противник сумеет отследить ее перемещение в изолированную от внешней магии темницу, куда доступ по сути был лишь у двоих. А со смертью Малекита и вовсе лишь у нее.
[nick]Aelsa Featherwine[/nick][status]A Light in the Darkness[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2HpdM.png[/icon][sign]May it be the shadow's call
Will fly away
May it be your journey on
To light the day
When the night is overcome
You may rise to find the sun
[/sign][info]Эльса Федевайн


Возраст: 25/~;
Сторона: Альфхейм;
Сверхсилы: эльфийская физиология, зачатки огненной магии.[/info]

+2

11

Вали честно поднял в замке на уши всех, кого встретил по дороге и до момента, на котором решил остановиться. Дальше паника разойдется по замку сама, если всё подтвердится, однако чем хороша паника — организованной она не бывает практически никогда, особенно если начали её не со стражи.
Тем не менее, эльфу-самозванцу пришлось приложить определенные усилия, чтобы вернуться к покоям королевы незамеченным ни обитателями замка, ни самой королевой. Что примечательно, королева куда-то делась из комнаты и на фоне бездыханного тела ситуация могла стать (и наверняка станет) еще смешнее и неудобнее для этой самой королевы, но Агамемнон не собирался ждать её возвращения — его противостояние с колдуньей при толпе народу, скорее всего поддержавшим бы в такой ситуации королеву, даже псевдо-королеву, была очень невыгодна и самому. Он удивленно, а затем и ликующе, уловил нить чужого портала (ага! запаниковала и сбежала!), и без долгих раздумий прошел по его следу, ожидая оказаться где угодно и даже когда угодно, но... но только не какой-то богом забытой в темнице.
Гадать, почуяла ли некая ведьма пришедшего её дорогой или нет Вали уже не стал, как и в целом долго оглядываться. Едва оказавшись в помещении и разглядев длинноухий силуэт с оттенками зелёного, надеясь, что его собственные маскирующие чары слабину всё-таки не дадут, полукровка бросился на него без ожидания (и разбору, хотя оттенок зелёного показался ему смутно знакомым), достав из чужих ножен свой заранее подмененный клинок, скоро и подозрительно легко своим лезвием нашедший пристанище в теле "королевы". Древняя железяка, которую он когда-то нашел в какой-то такой же богами забытой дыре, впитывающая в себя силу и кровь как губка, идеально подходила для того, чтобы тыкать ею самых разных колдунов, особенно если аккуратно доложить к магии клинка собственную. Он выжег ведьму изнутри... и сгорел сам, рассыпавшись в отдающую ржавчиной труху, а вот рухнувшее на пол тело на эльфийку практически сразу походить перестало. Перестала ощущаться и чужая магия как источник силы как таковой.
Ну, можно было сказать, что преследующая неизвестные цели самозванка на троне Альфхейма наконец-то закончилась.
—  Ибо нефиг, — удовлетворенно прокомментировал свои же мысли парень, переступая через труп и не спеша менять облик обратно на свой. Чутье подсказывала, что удача могла быть всё еще обманчивой, а потому если поспешил, то сейчас спешить не стоило, лишь сдерживать дрожь и прочие азартные порывы. Парень лишь подсветил темницу маленьким шариком света на ладони, чтобы разглядеть, кого же он тут всё-таки ловил. Физиономия лежащей на полу дамочки вынудила его присвистнуть и задуматься, а не придет ли теперь по его душу очень даже ревнивый и не лишенный синдрома собственника Тор.
Однако удивительнее было обнаружить здесь реальную королеву, всё-таки живую, хоть пока еще было не совсем ясно, что с ней сделали.
— Королева! — Вали приветливо помахал ей свободной ладонью, но особой реакции не добился. Хоть заколдованная Эльса, кажется, всё-таки смогла выдавить из себя что-то вроде вялой улыбки. В любом случае сначала предстояло разобраться, что Амора вообще с ней сделала и было ли это поправимо. — Вас случайно пришел спасать самонаёмный убийца. Погодите минутку, я попробую освободить вас...

+1

12

Похоже, что с гибелью Малекита дева Ванахейма потеряла осторожность. И смерть от рук неизвестного врага оказалась для нее необычайно унизительной и внезапной. Потому что не так-то просто на самом деле убить бога. Амора судорожно выдохнула и упала на колени, прижимая тонкие пальцы к ране, зияющей на груди. Крови почему-то не было, но богиню точно жгло изнутри пламенем Муспельхейма.
— Ты... Ты... заплатишь...
Губы женщины беззвучно зашевелились. Мысленно она проклинала неведомого убийцу, но смысла в этом было не больше, чем в словах простой смертной — всю магию смертельное оружие безжалостно вбирало в себя. Мучения Чаровницы были недолгими. С глухим звуком тело эльфийки упало на каменный пол, трансформируясь в привычную для него форму. Белоснежные волосы рассыпались цветом спелой пшеницы по ее плечам, серебристые одеяния обернулись зеленью,  а острые черты лица смягчились, являя взгляду убийцы Амору Чаровницу. Слишком бесславный конец для такой особы, как она.

Богиня открыла глаза и поежилась от пронизывающего холода. Это место невозможно было перепутать ни с одним другим во всех Десяти Мирах. Ей раскрыл свои ледяные объятия Хельхейм. Амора с трудом поднялась на ноги и обхватила себя руками, словно это могло ее согреть. Ранее холод не беспокоил Чаровницу, но смерть все меняла. А сомнений в том, что ее нить жизни оборвалась, не оставалось.
— Так-так-так, — насмешливый голос слился с завыванием ветра и неприятно царапнул слух. — Какие гости в моих краях.
Чародейка резко обернулась и столкнулась взглядом с той, с кем предпочла бы никогда не видеться. Ни при жизни, ни после ее окончания. У обеих еще слишком свежи были воспоминания о последнем столкновении, так что на теплый прием расчитывать не приходилось.
— Я ненадолго, — хрипло отозвалась Амора и выпрямилась, адресовав собеседнице наполненный гордостью взор.
— О нет, дорогая. На этот раз ты надолго. Неужели тебе никто не рассказал? Удивительно, что Вали упустил такую интересную деталь твоей истории. Впрочем, я полагаю, что он просто не посчитал нужным рассказать тебе об этом. Бедняжка, — тонкие губы изогнулись в змеиной усмешке, отчего Амора ощутила пробежавший по спине холодок.
— Какая деталь?
— Ты больше не воскреснешь. Разве ты сама не почувствовала этого? Как само мироздание вычеркивало тебя на протяжении веков из полотна своей истории? Кем ты была когда-то, Амора? Хранительницей Золотых Яблок. Богиней Любви. Но посмотри, кем ты стала сейчас? Ты стала ненужной, ты превратилась в мусор, и тебя стерли из цикла Рагнарека. И то, что ты сплела свою жизнь с Энджелой, окончательно убедило мироздание в том, что ты больше не часть истории богов. Поэтому тебе придется смириться с тем, что на этот раз ты останешься здесь навечно.
Чаровница отшатнулась от правительницы Хельхейма, точно от прокаженной. Ее слова прозвучали как гром среди ясного неба. Это не могло быть правдой! Просто не могло!
— Нет... Неееет, ты лжешь! Это невозможно!
Женщина с черным венцом на голове довольно рассмеялась, видя, как прекрасное лицо Аморы исказила гримаса отчаяния и злости.
— У тебя будет впереди вечность, чтобы убедиться в искренности моих слов. Добро пожаловать в Хельхейм!
Дева Ванахейма попятилась назад, окружаемая серыми тенями. Впервые за всю жизнь отчаяние нашло дорогу в ее сердце. Выхода не было.
[icon]http://funkyimg.com/i/2LCiU.png[/icon]

Отредактировано Enchantress (2018-09-28 21:51:13)

+3

13

Эльсу Вали до поры оставил в покое — кажется, той после всех её приключений еще долго предстояло приходить в себя, однако факт того, что он вместо неизвестной особы грохнул Амору, оказался неожиданностью и для самого убийцы. Нет, именно этого он и добивался, но ему осталось совершенно непонятным, что Амора вообще забыла на чужом месте и почему продолжала разыгрывать спектакль дальше, когда в этом не было особой практической необходимости. Получается, от начала войны и как пошли проблемы Альфхейма — с подачи Малекита она место Эльсы занимала всё это время? Это могло быть оправданным при тирании Тёмного Эльфа, однако дальше теряло всякий смысл, если только здесь не было замешано что-то еще, что не лежало на поверхности.
Сам Вали предпочел затаиться, так и не показав ни Королеве Эльфов, ни прочим эльфам своей истинной физиономии, и не потрудившись даже расколдовать несчастного, уходя оттуда. Потом как-нибудь найдут, а тому такое приключение может быть даже полезно.

Какое-то время Вали шатался по сказочному миру сам по себе, силясь если и не найти практические ответы на повисшие в уме вопросы, так хотябы самостоятельно разложить ситуацию аспектами и деталями по полочкам и еще раз хорошенько её обдумать. Ничего радужного на ум не приходило, разве что таковым можно было назвать пару догадок, которые затесались в размышления далеко не сразу, а лишь чуть погодя. В определенной мере эти подозрения подтвердила Хела, хоть и не стала давать на вопросы, пусть даже заданные им, прямого ответа. Прямого ответа она на них не дала, но тем самым лишь подтвердила подозрения Вали насчет Аморы. Подумав еще немного, он решил задержаться у Хелы в гостях и пообщаться с пленницей царства мёртвых лично.
Он не любил Хельхейм и вместе с тем чувствовал с этим местом некую солидарность: по сути своей, его "небольшая" армия тоже давно могла найти свой (не)покой где-то здесь или рядом, но всё еще была в состоянии подниматься на поверхность по первому его зову. Дружба с Хелой его самого не особо удивляла, но удивляло то, как он сам себя ощущал в этом месте — он уже умирал, однако Хела не держала его здесь, но по какой-то причине он сам ощущал себя здесь так, словно давно уже должен был быть здесь. И эта непонятная игра в правду и неправду с Королевой Мёртвых тянулась уже многие века, так и балансируя где-то на границе в виде ровной стрелы весов. В этом были как плюсы, так и минусы, но сейчас Агамемнон решил вспомнить о плюсах.
Его здесь не держали.
И можно было надеяться, что свою причастность к произошедшему он ведьме не спалил.
Найти её здесь оказалось непросто — Хела отказалась помогать. Но когда ему это всё-таки удалось, в голову стали закрадываться еще более интересные мысли, поскольку вид у Чаровницы был откровенно унылый и непрезентабельный, что лишь ставило точку во всех предположениях.
— Тебе еще далеко до всех окрестных мертвецов, — заметил мальчишка, непринужденно заходя с краю, словно давно здесь каждый угол знает. Это была неправда, но лишь отчасти. — Привет?

+1

14

Хельхейм не знал жалости к пленнице. Потеряв счет времени, Амора вместе с этим утратила свое былое великолепие и стала более похожа на бледную тень, в которой все сложнее угадывались черты некогда прекрасной богини. Она металась по бескрайним седым пустошам в тщетных поисках выхода, но закономерно не могла его найти. Царство Мертвых крайне редко и неохотно отпускало своих пленников, и дева Ванахейма исключением не была. Даже покой для женщины оказался недостижимой роскошью, ибо в те минуты, когда она останавливалась на отдых, ее настигали Тени. Они сжимались вокруг Чаровницы плотным кольцом, и шепот их заставлял кровь стыть в жилах. Ее уделом было вечное бегство и одиночество. Однако в один судьбоносный момент все изменилось.

Время для отдыха подходило к концу. Здесь сложно было считать часы и тем более сутки, поскольку день никогда не сменялся ночью. Небо всегда было затянуто серой пеленой, а линия горизонта утопала в густом тумане. Сидя под единственным на всю округу засохшим деревом, женщина спешно чертила на потрескавшейся земле какие-то символы, но затем также спешно их затирала. Ни один из них в этом проклятом месте не имел силы. Ни один их них не мог ей помочь…

Чужой голос стал для Аморы удивительным откровением. Он не принадлежал ни Хеле, ни преследующим ее Теням. Волшебница с некоторым недоверием посмотрела на выцарапанный символ у своих ног, а затем подняла голову. Это парень определенно не был ей знаком. А что еще страннее, он не был мертвецом.
— Сомнительный комплимент, — женщина скользнула по нему цепким взглядом и остановилась на лице. Слишком живой и слишком уверенный в себе и своих силах. Рука Чаровницы едва уловимым движением стерла в пыль начертанный до этого символ. Было ли это простым совпадением или судьба откликнулась наконец на ее зов?
— Но привет. В этом мире почти невозможно встретить интересного собеседника. И вот уж кому явно далеко до здешних обитателей, так это тебе. Кто ты?
Последние слова Аморы потонули в протяжном завывании ветра, что являлся предвестником появления Теней. Дева Ванахейма резко вскочила на ноги и с тревогой обернулась в ту сторону, откуда доносился вой.
— Боюсь, что это не лучшее время и место для разговора.
[icon]http://funkyimg.com/i/2LCiU.png[/icon]

Отредактировано Enchantress (2018-10-29 21:07:42)

+1

15

Вали сложил руки за спиной, внимательно рассматривая собеседницу, но не торопясь подходить к деревцу, которое служило той своего рода укрытием и моральной опорой, если так можно было в принципе сказать про что-нибудь из этого места. Какое-то время подросток молчал, прикидывая вероятности и взвешивая ответы, но по крайней мере с частью правды решил не юлить.
На самом деле, на вопрос о своей личности скрывать было и нечего — половина Асгарда была от него не в восторге, не в последнюю очередь усилиями папеньки. Просто преднамеренно он редко кому показывался на глаза.
— Вали-Полукровка. Некромант, — Агамемнон многозначительно прищурился, затем простецки присел рядом с собеседницей прямо на землю, скрестив ноги. Возможно, выдавать направленность своих познаний было не лучшей идеей, с другой стороны — в таком случае его присутствие здесь не будет казаться столь сюрреалистичным явлением. Как минимум у тех, кому подчинялись мёртвые, помимо знаний к таким местам мог быть и чисто научный интерес. — Но я здесь не за этим. По правде говоря, я просто дружен с Хелой и иногда навещаю свою сестру, и был очень удивлен увидеть тебя в этом месте. Немного неожиданно.
Пытаться вновь говорить на старомодный манер асов Вали уже и не пытался, поняв, что с жизнью на земле так отвык от этого, что постоянно держать эту ноту потом в разговорах с Аморой уже просто-напросто не хочется. Она, тем временем, вскочила, но подросток лишь проследил за её действиями, не выказывая особой тревоги — словно ему появление слуг повелительницы мёртвых ничем и не грозило.
— Возможно, что и не лучшее. Но другой возможности поговорить потом может и не быть. Не у меня — у тебя. В моем присутствии они не тронут тебя. Хотя я предпочел бы, чтобы они не слышали нашего разговора, так что времени и правда немного.

+1

16

Брови Аморы вопросительно изогнулись, когда она услышала ответ на свой вопрос. История одного из детей Вали практически не поминалась в Асгарде, но это вовсе не означало, что ее предали забвению.
— Выходит, и тебя не жалуют в Золотом Граде, — задумчиво пробормотала женщина, с тревогой всматриваясь в гущу непроглядной пелены тумана. Вой ветра все еще тревожил Чаровницу, но в подтверждение слов Вали приближаться не стал, замерев где-то на почтительном расстоянии. Обрывки шелеста Теней едва касались ее слуха, но в присутствии мальчишки не рисковали переходить в наступление.
— Что ж, Вали-Полукровка, я рада твоему обществу. К сожалению, не могу оказать должного гостеприимства и создать обстановку для приятной беседы, ибо это место чуждо мне, — поправив капюшон, покрывающий потускневшее золото волос, Чаровница опустилась обратно на землю. Было что-то неуловимо странное во всей этой ситуации. Как далеко разлетелась весть о ее гибели? Неужто она дошла даже до изгнанника Золотого Града? Пожалуй, из всего народа асов судьбой ее мог заинтересоваться разве что Вали. Мог ли он разыскать своего опального сына и отправить за ней? С другой стороны, мог бы и сам спуститься в царство Хели. Лицо Аморы на мгновение омрачила тень задумчивости.
— Искал ли ты специально встречи со мной по своей воле или послан кем-то? — мягко поинтересовалась она, вернув голосу бархатистые интонации. Как бы там ни было, женщина чувствовала, что сидящий напротив подросток был для нее практически единственным шансом покинуть Хельхейм и вновь стать живой. Вопрос только заключался в том, какова будет плата за это.
— И чего надобно тебе от меня, Вали?
[icon]http://funkyimg.com/i/2LCiU.png[/icon]

+1

17

— Меня там давно уже не жалуют, — безразлично пожал плечами мальчишка. — Примерно с тех пор, как изгнали. Впрочем, я и раньше не пользовался в Золотом Граде особой популярностью, так что маловероятно, чтобы и это решение что-либо для кого-либо всерьёз значило. Теперь оно и не имеет никакого значения в принципе. Давно уже.
Лицо Вали на мгновение приняло задумчивое выражение, хотя погружаться в размышления на тему этих воспоминаний он тем более желанием не горел. Уже хотя бы потому, что до сих пор горел негодованием по поводу принятого на почве какого-то абсурдного обвинения решения, не несущим под собой реального веса, но что толку? Хотели от него избавиться и избавились, и дело с концом. С отцом и прочими жителями Асгарда он с тех пор практически и не пересекался, разве что мельком. Сам не горел желанием больше лезть в их общество.
— Меня не смущают ни безжизненные пустыри, ни каменные плиты — в свое время я долго находился в такой обстановке и к ней уже привычен. Хоть и не могу сказать, что оно сильно радует меня, — точнее, напоминают о том, что рано или поздно и он здесь окажется. Мальчишка лишь машинально оглянулся, но слуги Хелы и впрямь не переступали выверенную для них грань. Тем лучше. — Нет, меня никто к тебе намеренно не посылал, Амора Чаровница. Я пришел сам. Врата Асгарда для меня закрыты, но ничто не мешает мне бродить меж других ветвей Иггдрасиля и иногда ловить забавные и, мягко говоря, странные слухи. Можно сказать, что на сей раз я залез сюда специально для того, чтобы проверить этот. Хоть он мне до последнего казался скорее шуткой. Однако нет.
Полукровка устроился поудобнее, подняв серьёзный взгляд на колдунью. И, на самом деле, ходить вокруг да около он тоже особо смысла не видел — либо Амора соглашается, либо нет и остается прозябать здесь. Выбора у неё, по большому счету, не было, но женщины славились тем, что умели удивлять очень странной логикой. Мало ли, она уже смирилась, хотя по глазам пока было видно обратное.
— Хела не поясняла этого напрямую, и всё же дала наводку на то, в чем проблема. Я могу попытаться поторговаться с ней за твою жизнь и убедить её выпустить тебя вне зависимости от значимости для Рагнарока — несколько доводов я, думаю, найду, вопрос в цене, которую за это запросил сестра. Вопрос в том, удастся ли тебе вернуть место в мироздании — это зависит уже не от меня. Цена Хелы... Если, конечно, она вообще её запросит — ранее я уже уводил отсюда мертвецов. Цена моей помощи — ты остаешься у меня в долгу. И в определенный момент сделаешь то, о чем я тебя попрошу. Услуга за услугу. Как-то так.

Отредактировано Agamemnon (2018-11-05 18:03:18)

+1


Вы здесь » Marvel: All-New » Прошлое » [01.05.16] Немного промахнулись