27.05.18

Горстка обновлений, новостей и изменения правил! Новый опрос. Важно знать.

16.07.18

С Днем Рождения, Джесси!

Добро пожаловать на ролевую по комиксам вселенной Марвел! Мы приветствуем всех гостей, наблюдателей и просто заглянувших на наш форум — место, которое мы постарались сделать уютным творческим домиком для всех его обитателей. Будем рады всем желающим присоединиться к нашему дружному и талантливому коллективу!
Должность:
Руководитель
Контакты:
Skype: Lawrenjin
ICQ: 400450228
Доступность: вечером; днем как получится.
Командор. Техник. Шериф. Квестоплет. Связист. Делает всё сразу, почти всё видит.
Курирует Мстителей, отвечает за Мандарина.
Должность:
Координатор
Контакты:
Skype: aisazure
Доступность: режим пониженной активности
Душа компании и поставщик мороженого. Приглядывает за гостевой и приемкой, контроллер порядка и игры, а также
Курирует ЩИТ, отвечает за Людей-Икс.
Мы на Коммьюнити!
   
Прозвище:
Мадам Гидра;
Имя: Офелия Саркиссян;
Степень опасности: Глава Гидры, огромные познания в области ядов.

Разыскиваем! Требуется для крутых сюжетных поворотов в стан весёлых и неординарных интриганов Гидры.
Прозвище: Творец;
Имя:Рид Ричардс;
Степень опасности: Один из величайших ученых на земле. Свалился сюда из вселенной Альтимейт.

Ищем антагониста! Который залип в сюжетных завязках. Миру нужен свой личный злобный мозг.
Прозвище: Сорвиголова;
Имя: Мэтью Мёрдок;
Степень опасности: "Слепой зрячий"; сверхчеловеческие чувства, превосходный боец.

Разыскиваем! Мэтта были бы рады видеть не только в Адской Кухне, но и в геройских рядах!

Marvel: All-New

Объявление

Человеческая цивилизация Мидгарда стала сущим проклятием для народов, привыкших не спешить с развитием, недоверчиво рассматривать всякое новшество и тысячелетиями прилаживать каждое в быт. Цикличность мироздания отбивала у всех охоту превосходить соседа в военном деле — так или иначе умрут все, а потом всё начнётся заново. © Loki

Доступы для тех, кто не видит кнопок автовхода:
Пиар-агент: Mass Media, пароль: 12345;
Читатель: Watcher, пароль: 67890.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvel: All-New » Завершенные эпизоды » [28.07.2016] The Man Who Would Be Loki


[28.07.2016] The Man Who Would Be Loki

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

The Man Who Would Be Loki
https://i.imgur.com/P4LOOfF.png
https://ak4.picdn.net/shutterstock/videos/11367974/thumb/1.jpg

28 июля 2016 года
Манхеттен

all this moments will be lost in time

Вали потерян где-то в городе, так надёжно, как может потеряться прирождённый обманщик. Да он и не Вали больше — никто не знает такого бога, никто не помнит такого имени. Один только Тони Старк. Да ещё Верити Уиллис.
Только они и могут опознать в уличном музыканте человека, который когда-то был Богом Историй.

https://i.imgur.com/P4LOOfF.png
Iron Man, Noname

[nick]Noname[/nick][status]null[/status][icon]https://i.imgur.com/pBrcvXx.png[/icon][sign]nothing left[/sign][info]Никто


Возраст: неопределённый;
Сторона: ничья;
Сверхсилы: никаких.[/info]

Отредактировано Noname (2018-05-06 13:41:10)

+1

2

Не то, чтобы этот день был какой-то особенный.
Впервые за всё время неуютная сырая хмарь сменилась солнцем — это да. Но “всё время” в его понимании сводилось к четырём-пяти дням, задержавшимся в памяти; может, чуть больше. Там, за границей амнезии было немало погожих деньков, банальное человеческое знание никак не возражало против майского солнышка. Так что погода была обыденной, хоть и приятной.
Удачно попавший ему в руки спальный мешок был изрядно подран жизнью и какой-то мелкой шавкой, но благодаря ему тело наутро не так ныло о всех выступах брусчатки под мостом. Но и в этом не было никакого особого рубежа. С тех пор, как он себя помнил, каждый день был в чём-то лучше предыдущего. Ну, если начинать не с первого. С первых двух. Кажется так. Потом он остался без раздражающей окружающих одёжки (не по своей воле) и надежды получить какие-то ответы (это уже сам), и всё как будто стало налаживаться.
Так почему же этот день упорно казался более реальным, чем все прочие?
Поразмыслив над этим, он решил, что сегодня это сегодня, а вчера и далее просто уже прошли. Может, это означало, что завтра у него снова будет день-ноль. Может, зверские шрамы на руках были чем-то вроде татушек у того чувака из “Мементо”. Если, конечно, существовал такой фильм, потому что он не помнил, как его смотрел.
На всякий случай он по дороге к подземке забрёл в почтовое отделение и цепной ручкой, охранявшей окошко с рыхлой троллеподобной тёткой, накарябал поверх шрама пять линий. Подумав, добавил шестую и вышел раньше, чем кто-нибудь выпер его нарочно. Когда до него дошло, что в день-ноль он вряд ли поймёт, что значат эти петроглифы, искать ещё что-то пишущее оказалось влом. В конце концов, память не казалась чем-то настолько уж важным, чтобы искать её, теряя тапки. А место у мелкого фонтана с памятной табличкой какому-то ублюдку могли занять — и вот это было реальной угрозой.
Ему свезло — что даже примирило его с необъяснимой инаковостью этого дня. Если эта инаковость в везении — пусть таким и остаётся. Место было полностью в его распоряжении, хоть аудиосистему ставь. Если бы она у него была. На хлипкий чехол с горстью мелочи хватило с избытком.
А он сам с инструментом устроился на парапете.
Всего две вещи, известные ему наверняка о себе: он умел играть на гитаре и рассказывать истории. Первое, если честно, лучше, чем второе. Жавшийся по ночам друг к другу уличный народ с интересом слушал его выдумки и просил ещё, но ни одну из сказочек он не сумел толком закончить. По крайней мере так, чтобы понять самому, что история действительно закончилась как надо.
С песнями выходило получше. Лучше всего — с клавишами, но к единственному уличному пианино в округе он не подходил с тех пор, как во время игры ощутил на затылке выгребающий душу взгляд и не нашёл в себе отваги оглянуться, пока взгляд не исчез. Потом он выменял жаркие и тяжёлые по этому времени сапоги на гитару и почти новые кеды впридачу. Гитара даже близко не была почти новой, но этого... этого хватало. Недостаток чистоты звуков струн, как оказалось, довольно просто перекрыть голосом.
От нижнего мира и до верхних пределов было десять шагов от проклятья до дела, четверть взмаха руки от пореза до крови. Он скиталец навеки... но пел он не об этом. Не эти конкретно слова, по крайней мере. Но почему-то как будто об этом. Кто-то останавливался послушать, но люди в этом районе были слишком заняты, чтобы позволять себе роскошь длительной задержки. Так что люди откупались от внимания монетами и мелкими купюрами. И это полностью его устраивало.
Пока не появилась та девушка с татуированными рукавами, яркими волосами и совершенно не шедшим к этому всему тёмным лицом. Нет, она была белая. Но взгляд у неё был тёмный. Хоть и не душу гребущим, а ему не понравилось. Она беспокоила, хотя стояла не дольше других. Она ему совсем не нравилась. Ему понравилось, когда она ушла.

Он не знал, но Верити Уиллис ушла недалеко. За угол, от которого было видно спину забывшегося бога. И уже там Верити достала телефон.
— Он у выхода на пятидесятую... у фонтана... — девушка говорила ровно, но голос ей всё равно отказал, — Он... не узнал меня.
Прислушиваясь к трубке, Верити снова заглянула за угол, на вытертую солнцем и временем почти до белизны слишком большую для носившего её парня джинсовую куртку, грязную шапку, споро перебирающие гриф пальцы — почему он не играл раньше? — выровняла дыхание и почти совсем спокойно добавила:
— На гитаре играет... ты вообще знал, что он умеет?[nick]Noname[/nick][status]null[/status][icon]https://i.imgur.com/pBrcvXx.png[/icon][sign]nothing left[/sign][info]Никто


Возраст: неопределённый;
Сторона: ничья;
Сверхсилы: никаких.[/info]

Отредактировано Noname (2018-05-06 19:53:26)

+2

3

Что Старку не нравилось в той ситуации, что он поначалу не улавливал и что он понял уже тогда, когда стало поздно — при всей серьёзности затеянного финта никакой практической страховки у трикстера не было. Точнее, могла бы быть, но ко всему этому она оказалась не готова. Тогда они могли отложить это на какое-то время, подумать на холодную без впечатлений голову, может, подготовиться. Сам он сто раз перепроверял столь весомые решения, если время позволяло — а там оно всё же позволяло —, но там во всем полагался на чужой опыт, практически не имея в этих вопросах своего. Скорее всего он мог бы убедить его не спешить и отложить это хотябы на день. Теоретически, этого Вали всё еще оставался шанс перехватить на полпути, поскольку, как он позже выяснил, в этом храме всё еще оставались заботливо попрятанные ловушки, которые они в его присутствии по незнанию просто обошли.
Сейчас уже поздно было об этом думать. Они умудрились потерять Вали, причем таким оригинальным и невесёлым образом, что и Старк всерьёз о нем переживал, остро чувствуя и свою вину тоже. Фактически, у него на руках остались выписанные по памяти закорючки, которые Вали дочитать не успел, которые явно можно было как-то переиначить в готовое решение проблемы, но лишь в присутствии похищенной силы — без книги в зоне досягаемости и, соответственно, Букв это были просто роковые каракули на бумаге. К тому же надо было как-то найти самого Вали, а первые дни у Железного Человека в принципе не было никакой уверенности, что тот вообще остался где-то в реальности, поскольку если его куда и вынесло из пространственного прохода, то явно не в тот дом и не на ту улицу.
Вали, опять же. От которого было вообще неизвестно, что ждать и который первые дни вызывал порядочную паранойю — и которая начала как-то укладываться только через пару дней, как инженер точно убедился, что этой поганой непредсказуемой мелочи рядом нет. Что мир реального Бога Историй больше действительно не помнит — это стало ясно сразу по приходу домой. Сам он по каким-то причинам всё-таки всё помнил, но решил на всякий случай пока что ничего не пытаться объяснять и Джессике на этот счет. Всё равно мир оставался всем миром и доказывать свои слова оказалось нечем, поскольку коварные коррективы реальности затронули и личную базу данных. Так что картинку, на которую могла бы опираться в своих поисках Пятница, пришлось восстанавливать по памяти. Камеры были утыканы по всему мегаполису и при необходимости не ограничивались им, в дальнейшем можно было подключить с краю ЩИТ... это была слабая надежда в случае худшего расклада, но хоть какая-то. Хоть что-то.
Параллельно всё-таки пришлось заставить себя забуриться в архивы Святилища. Тоже хоть с какого-то краю. Хотябы чтобы не чувствовать себя таким лохом во всем происходящем, раз уж оно всё равно осталось всецело на него.

Про Верити Тони вспомнил дня через четыре. Идти к ней с вопросами казалось глупой идеей, отказ от которой перевесило только доверие самого Вали к ней и та деталь, что девушка и сама была не совсем простая. Когда где-то там же на тычке в небо стало ясно, что она помнит как раз-таки Вали и не знает в упор никакого Вали, в поиски попавшего в беду бывшего Бога Лжи они ударились уже вдвоем.
И вот. Совместными усилиями они кое-как откопали бродяжного уличного парня, похожего на их общего знакомого, им в итоге и оказавшегося. Видок у него, конечно, был так себе, но спасибо, что хоть всё-таки нашелся живой, а не самоубившийся где-нибудь в пригородной канаве с перепугу.
— Интересно, узнает ли он меня. И если да, то в каком ключе запомнил, — памятуя, с какими огромными глазами тот дал от него деру и прекрасно понимая, какими эмоциональными радостями порой оборачивается явная полная амнезия, все свои вундервафли Старк пока предпочел держать при себе и спрятанными, а по ориентировочным районам поисков они с подругой трикстера перемещались на обычной, на первый взгляд, вполне приземленной машине, дабы не привлекать к себе излишнего внимания. — Не знал, но меня это не особо удивляет. Скорее обнадеживает, поскольку получается, что хоть что-то от личности-памяти он мог и сохранить.
Тони выбрался из машины, оставив ту на соседней улице и прикинув, что с вопросом они разберутся до того, как ей влепят штраф за парковку в непредназначенном для этого месте. Не из-за опасения за сам штраф, скорее просто из интереса, кто окажется быстрее.
— В общем, попробую по-тихому убедить его пойти с нами. Не получится по-тихому — будем по-шумному, и со всем вытекающим разбираться уже потом. Постараюсь без крайних мер обойтись, но здесь его в любом случае нельзя так оставлять.
Музыкальная тема Тони лишь отчасти позабавила, поскольку была сколь внезапна, столь и удобна. Зацепка для дальнейшего взаимодействия, поскольку пока было неясно, какой реакции от него в принципе следовало ждать. Сам он был в обычной будничной одежде, не сильно стилистически отличавшейся от той, в которой его уже видели. Разве что привычных очков не было. Подошел Железный Человек к фонтану с краю, дабы заметили его всё же не совсем сразу, некоторое время слушал... только чтобы в очередной убедиться, что неисправимый фантазер в любом случае оставался творчески-одаренным созданием вне зависимости от обстоятельств.
— Неплохо поешь. Сам всё сочиняешь? — не пересекая вежливой дистанции, Тони всё-таки высунулся из-за фонтана, сняв и сложив в ладони очки. — Я хотел бы с тобой поговорить, если ты не против.

+1

4

Вообще-то, он был против.
Случайные собеседники у него появлялись сильно реже минутных зевак, и диалоги как правило выходили короткими и незначительными. Состоявшимся членам общества нечего было делить с ним. В их устоявшемся мире он был не вполне реальным маркером их собственной правильности.
С другими бездомными разговоры были иные, более уравновешенные и доверительные. Но и для бродяг он был недостаточно реален. Люди улиц рассказывали ему о своих потерянных жизнях, но он отвечал им фантазиями, потому что у него не было ничего другого. Даже имени.
Имя себе он не мог выдумать так же, как не мог закончить свои истории. Но если вокруг его рассказов разворачивались долгие споры, скрашивающие промозглые майские вечера, то на имени его никто не настаивал.
А вот окликнувший его у фонтана мужик выглядел как тот, кто будет настаивать. Он не мог с точностью указать на источник этой уверенности, но этот человек не выглядел праздно шатающимся горожанином и меньше всего походил на беззаботного туриста.
Мужик тоже был из состоявшихся. Даже выше на голову тех, кого изо дня в день видел тут он. Вместо кричащей дороговизны одежды — очевидная цена качества. Вместо лёгкого превосходства во взгляде, необходимого для самоутверждения — что-то монолитное на том месте, где у обывателей роится тысяча и одна мелочная идея как показать соседу свою состоятельность. Спокойствием властелина мира это не назовёшь. Просто у этого… наверное, были заботы другого порядка. Вообще не рядом с заботами уличного музыканта.
К тому же, мужик казался знакомым, но попытка что-то вспомнить провалилась в пустоту, сырую и промозглую, с обрывками кричащей рекламы из витрины магазина бытовой техники на Сорок Шестой. В пустой памяти бродило одно только эхо впечатлений последних нескольких дней. Густое, очень одинокое эхо, какое гуляет только под стенами покинутого храма.
У него волосы на загривке вставали дыбом даже когда он не задал себе вопрос, откуда он знает звучание эха в каком угодно храме. В силу древних пророчеств натыкаясь на стены, он хотел бы не помнить обо всех переменах. Режешь мир на куски. И всем назначена доля. Ты скиталец навеки, такова Его воля.
Перебрав струны и куплет, он понял, что первое впечатление его не обмануло. Мужик не отстанет. А внятных объяснений, почему его хочется опасаться, так и не было. Он вздохнул и прокрутил ремень гитары так, что инструмент оказался за спиной, подтянул под себя ногу и развернулся на парапете так, чтобы видеть настойчивого человека.
— Да нет. Вроде все эти песни знают, — хотя откуда ему знать, откуда эти песни. Он пожал плечами и настороженно осмотрел мужика ещё раз. — Если тебе не хватает дружка на ночь, так тебе дальше по улице, Дауни-младший.

Отредактировано Noname (2018-05-07 21:04:50)

+1

5

Тони тяжело вздохнул, с каким-то неясным сожалением глядя на гитариста. Создавалось ощущение, что тот сам ко всему присматривается опасливым волком, хоть реакция и была не самая однозначная на его появление.
Но, похоже, всё-таки Вали его тоже не узнал.
Сложно было сказать сейчас, хорошо это или плохо и чем в итоге скажется дальше. Может, следом за сделанным с ним он просто упустил и увиденное там. Вроде ж высказывалась мысль, что за порогом храма все забудут все?
Ответ же на вопрос вынудил Старка удивленно моргнуть. Комментарий был неожиданный и как-то не смешной, но все возмущение потерялось по дороге. Наверное, ничего странного, когда общаться явно желанием не горели, но если учесть, что жертва обстоятельств и раньше была остра на язык, глупо было сейчас на неё ругаться, тем более лишь условно представляя, где Вали вообще мотылялся всю эту неделю.
— Видимо, ты меня с кем-то перепутал, парень, — Железный Человек заранее призвал на помощь всё своё терпение, поняв, что просто не будет, и вернул полупрозрачные затемненные очки на переносицу. У этой привычки, как и у всякой другой у него, была своя обратная сторона: в оправе был скрыт сканер, передающий картинку на линзы со внутренней их стороны. Сторонним наблюдателям она была не видна и стекла выглядели просто стеклами, но это оказалось лишней мерой. Никакой интересной информации он сейчас не передавал, да и вряд ли в данном случае это могла сделать даже аппаратура помощнее. — Во всяком случае, за всю мою жизнь мне подобное предъявили впервые.
...Даже в шутку.
— Можешь мне не верить, но вообще-то я просто хотел тебе помочь, — было множество вариантов, куда можно было повести диалог, но в конечном итоге Старк решил попробовать пойти напрямик. Да и вряд ли стоило откровенно врать богу, пусть и номинально бывшему. — Ты ведь не знаешь, что с тобой произошло и как ты здесь оказался, верно? Просто улица сейчас совсем небезопасное место для тебя. И за тебя всерьёз переживают.

+1

6

У незнакомца был приятный голос и дружелюбный тон. Наверняка этот человек хотел расположить его к себе, но эффект слова собеседника имели строго противоположный. Именно так бы и говорил человек, у которого пара недобрых намерений за пазухой и необходимость соблюдать видимость приличия над ними.
Хотя не в этом было дело. Он отзывался и на такие предложения, просто потому что у него не было причин ни искать неприятности, ни уходить от них. К сопутствующей перспективе оказаться на дне Гудзона в разобранном виде с такой переборчивостью в контактах он относился с почти неестественным равнодушием, не отпускавшим его даже когда дело оборачивалось мерзостно. Но тут оно дало течь, так что предложение в качестве просто помощи купить бургер, спасибо, и идти своей дорогой встало ему поперёк горла, не досказанное и до середины.
Незнакомец не смог бы бросить эти слова любому случайному бродяге, на котором у него совесть споткнулась. У всех уличных в голове был тот ещё бардак, но, как правило, не такой. Не эта безучастная пустота, в которой и прошлое, и будущее становились настолько незначительны, что не было смысла искать одно и как-то заботиться о втором. Даже если туманная угроза незнакомца предрекала ему опасность личную, помимо того, что готовила улица вообще для всех бездомных.
О его личности незнакомец, похоже, знал куда больше его самого. И это тоже пугало. Пугало настолько, что неподдельная паника отразилась в его взгляде, безудержно скакавшем от указателя Пятидесятой улицы к привязанному у велосипденой парковки пуделю, к вывеске пекарни, к номерному знаку проехавшего в сплошном автомобильном потоке такси, к ярким мелочам на одежде прохожих, к птице, к лицу незнакомца. Этот за ним всё время внимательно следил из-за затемнённых очков. И черта с два это помогало задушить предательский трепет и дышать нормально.
Но про бургер он всё же договорил. Даже с дежурным спасибо ни за что.
— А то мой желудок заглушает твою болтовню, — добавил он под перебор струн невесть как снова скользнувшей ему в руки гитары и со смешком, который должен был и как-нибудь сгладить видимый страх перед всесильным существом; и позволить незнакомцу думать, что он может и послушать, и закрыть недосказанность за знаком вопроса о его состоянии.
Шаг – от черного дыма и до близкой расплаты, новый глянец на те же избитые латы и багровое небо в проеме оконном... Ты скиталец навеки, смирись и запомни.
Больше всего ему хотелось ответить — и самому поверить заодно, — что он оказался здесь на своих двоих, и так было всегда, и так будет всегда. Или нет: на самом деле больше всего ему хотелось спокойно свалить, как только незнакомец свалит в поисках еды. И больше никогда этого человека не видеть.[nick]Noname[/nick][status]Ego death[/status][icon]https://i.imgur.com/pBrcvXx.png[/icon][sign]nothing left[/sign][info]Никто


Возраст: неопределённый;
Сторона: ничья;
Сверхсилы: никаких.[/info]

+1

7

— Может, еще что-нибудь? — вежливо поинтересовался Тони, еще недолго постояв рядом, в ожидании, возможно, еще каких-то слов, и в итоге развернувшись на каблуках. — Ну ладно.
"Смоется", — мрачно заключил про себя Старк.
На самом деле, подобный вопрос в лоб был задан отчасти затем, чтобы всё-таки выяснить, где правда или хотябы примерно где её искать — тот, кому память отшибло вообще, не понял бы, в данном случае уже не понял бы, о чем речь. Вали явно понял и его реакция инженеру не понравилась совсем, пусть даже самообладанию бывшего бога следовало отдать должное. Большую часть эмоций он всё-таки оставил при себе, хоть всё-таки их выдал.
— Пятница, сообщи Верити, что я ненадолго отойду, — задумчиво произнес Тони, когда отошел от гитариста на некоторое расстояние — с которого тот уже не смог бы его расслышать. Хотя у него было подозрение, что девушка и так заметила фактические и вероятные перемещения, поскольку и разговор он ей на всякий случай транслировал, дабы та была в курсе хода развития вещей. — И установи за ним полноценное постоянное наблюдение. Выдавать себя разрешается только в ситуациях, угрожающих его жизни.
Тони замолчал, думая, выполнять просьбу или не стоит, поскольку у него были подозрения, что бродяга ждать его всё-таки не станет — в конце концов, это всё еще могла быть и отмазка-посыл, поскольку так же оставалась вероятность, что как раз-таки о питании ему всё еще беспокоиться не надо. Но по тому же увиденному Железный Человек решил всё же дать планам задний ход, если тот в самом деле не хотел сейчас о чем-либо разговаривать или просто с ними контактировать. В его собственных словах было две отдельные фразы, но не требовалось быть гением, чтобы отметить, на которой из них собеседник занервничал. Занервничал он еще на вопросе, не на предостережении. Доводить его он всё же не хотел, и как-то собственная солидарность больше склонялась к тому, чтобы дать ему немного времени переварить это всё и понять, что от помощи, возможно, отказываться-то и не стоит и она действительно может быть нужна. Если же он считает, что она не нужна... сейчас оставалась вероятность, что сделают они только хуже. Нельзя помочь тому, кто просто не хочет этого сам.
Сколько времени друзья ему самому пытались вправить мозги, когда за нервным срывом принялся топить жизнь на дне бутылки, считая это нормальным положением вещей. Или чем-то тем, чего он и заслуживал.
От ближайшей забегаловки Старк вернулся минут через пятнадцать, решив всё-таки проверить, был ли смысл возвращаться или можно было отложить до вечера этот вопрос, даже если потом от Верити прилетит жесткий пендель за такое решение. Однако нет — по возвращению все были относительно на местах: и бывший бог, и мисс Уиллис, видимо, решившая взять инициативу в свои руки.
— Держи, — подошедший Старк безмятежно сунул трикстеру пакетик в руки, едва заметно кивнув его собеседнице. — На всякий случай взял не только бургер.

+1

8

“Надо сматываться,” — согласился он с незнакомцем, как только тот отошёл на достаточное расстояние.
Дело было нехитрое и частично уже отработанное: одним простым движением вся мелочь вместе с пятью бумажками скатились на дно матерчатого чехла. Замок на этой ветоши закрывался только до середины, так что рыжий гриф хвостом драккара торчал за его головой, но это не слишком мешало. Дожди последних дней гитара прекрасно переносила с наброшенным сверху пластиковым пакетом. А сегодня не требовалось и того.
Не потратив на сборы и минуты, он рванул в противоположную всемогущему незнакомцу сторону. Жрать ему хотелось, и очень. Но куда больше ему хотелось, чтобы с ним ничего не произошло. Ничего. Даже если это была последняя удача в его жизни.
Два шага спустя он обнаружил на своём пути давешнюю рыжую деваху, и вблизи она не понравилась ему несколько меньше, чем раньше — со стороны. Поправив очки в тёмной оправе, она решительно преградила его путь, но на этот раз в ней не было угрозы. Казалось, девушка едва сдерживается от того, чтобы разрыдаться.
— Постой, Ло… ловкач. Ты можешь мне помочь?
Сердце у него дрогнуло. Он посмотрел в ту сторону, куда скрылся мужик. Сколько ему там понадобится времени? Если он действительно погрёб за едой? Больше, чем нужно, чтобы скрыться в подворотне с выходом на все стороны света.
— Пожалуйста? — попросила девушка, и он сдался практически без боя. За просьбой прохожей было настоящее горе, неподдельное. А тот мужик… уже ушёл. Когда тот вернётся, он уже будет далеко.
Оглядевшись ещё раз, он поскрёб голову сквозь шапку и кивнул девушке. Дескать, чего тебе.

Верити сглотнула комок в горле. В их дружбе рассказчиком была не она. Это Вали приносил с собой странные запахи, светящиеся камешки в карманах, селфи с настоящими эвоками (только синими) и венок историй.
— Мой друг потерялся на улицах, — собрав всю свою решимость, начала Верити. — Может, ты его встречал?
До этой странной дружбы Верити не была и героем. Это из-за Вали её заносило в невероятные места и непривычные, неродные роли. И вот опять. Как рассказать богу историю, которая не будет ложью? Когда Старк просил не пугать его и, наверное, знал, о чём просит. Даже продолжительное общение с Вали не может подготовить с тем, что может ждать в следующий раз.
Верити говорила и говорила, и очень боялась остановиться, пока Вали её слушал с вежливым равнодушным вниманием. Когда ей придётся остановиться, он скажет, что не видел никого похожего и уйдёт, и ей только и останется что душу вынимать из Старка, который это допустил.

Он действительно слушал, и с каждым словом девушки в нём нарастало чувство потерянности. Простенькие слова о потерянном друге цепляли и вынуждали сопереживать. И хотя давно уже было ясно, что он не пропустил бы никого настолько яркого, остановить поток слов он не решался.
Она говорила о чём-то настоящем. О ком-то настоящем. Как говорили другие, когда рассказывали свои просыпавшиеся сквозь дырку в кармане жизни.
В этом было что-то беспредельно притягательное. Как живой огонь в очаге посреди стылого железного леса. Как блесна на конце тонкой лески.
И он попался, и понял это только когда появился тот незнакомец. Как и обещал — с хрустящим тёплым пакетом, который он от неожиданности уронил. Скорбь пустого брюха по ускользающей из рук жратве, пожалуй, было слышно на перроне подземки, но тут всем оказалось не до траура. Подхватывая подачку, он едва не заехал грифом гитары по голове рыженькой. Пытаясь уберечь её от него — сам потерял равновесие и навалился на незнакомца. И когда всё устаканилось, лучше всех себя чувствовал, кажется, один только пакет, чудом не долетевший до асфальта.
Он, вот, себя чувствовал препаршиво. Как будто в восхитительном горячем хотдоге в последнем куске оказался обломок иглы от шприца.
— Это было нечестно! — объявил он ломающимся от перемешанной с замешательством жути голосом. Эта история, честная и хорошая опутала его как паутина, и… ну, и итог был закономерный. Он мог бы догадаться, что эти двое знакомы. Что и настораживающий интерес первой, и скорое появление второго с разговорчиками — связаны.
По мере того, как жуть и разочарование набирали обороты, он пятился подальше от сообщников, перехватывая пальцами злосчастный пакет.
— Отвалите! Оставьте меня в покое, ясно? Оба!
Для него это было не нормально. Если для него за эти дни хоть что-то успело стать нормальным, так это равнодушие и бесцельность. Минутные радости, секундные страхи, скорбь быстрого приготовления и одноразовое сопереживание. Впервые его рвало чувство настолько вещественное. И он совсем не хотел разбираться, откуда оно пришло.
Под окном на асфальте дети вывели мелом, что от Верхнего Мира до Подземных Пределов каждый дом, стоит выйти, тебя позабудет. Ты скиталец навеки. И финала не будет.
Едва сдерживая себя от перехода на бег, он повернулся и пошёл прочь.
“Вали! Постой!” — хлестнуло в спину. И он всё-таки побежал, не дожидаясь, пока искренний лжец и доброжелательный злодей обнаружат пропажи.[nick]Noname[/nick][status]Ego death[/status][icon]https://i.imgur.com/pBrcvXx.png[/icon][sign]nothing left[/sign][info]Никто


Возраст: неопределённый;
Сторона: ничья;
Сверхсилы: никаких.[/info]

Отредактировано Noname (2018-05-11 22:10:33)

+1

9

Чего Тони точно не ожидал, так это подобной рассеянности. Весил бывший бог, конечно, не как раньше и не как должен бы, а как вполне рядовой человек его склада, но хвататься всё равно оказалось не за что. Хоть Верити от головы грифа увернулась.
Сам Тони в итоге успел вскочить на ноги только затем, чтобы перехватить её за руку и не позволить кинуться следом за беглецом.
— Пусть идет.
— Пусти! — так чтобы намертво Старк её не держал, но к тому моменту, как она высвободила руку, момент всё равно оказался упущен: Вали скрылся в толпе. — Как можно его так оставлять?!
— Сама видишь, в каком он состоянии, а мы сюда всё-таки не стрессировать шуганых котиков пришли. Пусть хоть немного успокоится, мы теперь его в любом случае из вида не потеряем — ему сложно будет уйти из поля зрения Пятницы. Так что пока мы его оставляем. На час, два, до вечера или до завтра — посмотрим по ситуации.
— А что потом?
— Будем пытаться строить мосты, — Старк кивнул в направлении машины, приглашая подневольную напарницу следовать за собой. Внимание удивленной маленькой сценкой толпы они уже к себе привлекли, но самого Железного Человека это сейчас мало беспокоило — та же толпа видела, что ничего они бродяге не сделали. Скорее, многие из них бы сказали "Ненормальный? Ну и пусть". Уже через пару минут многие и не вспомнят об этом инциденте. — Возможно, что постепенно, если не представится случая сразу переговорить с ним на чистоту. Тебе, вероятно, будет и попроще, но мне не хотелось бы откровенной навязчивостью ломать вероятность добиться хотябы хрупкого доверия. Тем более с учетом, что я по ходу единственный, кто имеет по крайней мере приблизительное понимание о том, как возможно всё исправить. И во всем этом скорее всего потребуется его добровольное участие. Что ему память отшибло мне было ясно еще тогда, но хуже, что некоторые вещи в таком состоянии он явно может видеть через призму впечатлений и страха. С чистого листа. Иначе маловероятно, что он в принципе убежал бы от меня еще тогда. Всё-таки кем его обычно сложно назвать, так это трусом.
Тони замолчал, да и говорил это скорее для себя, чтобы как-то расставить собственные мысли по полочкам, чем для донесения своей точки зрения. На ум пришли те мысли, что память, по сути, являлась всего лишь тем, что накапливалось с течением времени и постепенно формировало по меньшей мере часть характера, стремления и целей, но если весь этот информационный груз снять — от большинства известных примеров в таких ситуациях оставались в итоге те, кем они являлись на самом деле. И на этом моменте ситуация тоже была довольно шаткой. Сейчас Вали пришел к тому, чего хотел добиться от себя — только какая из вероятных личностей осталась в итоге здесь? Если не совсем та, которую он имел счастье наблюдать в последнее время, тогда у них в дальнейшем могла нарисоваться еще одна проблема. Возможно, даже более серьёзная. Не лучшей идеей было в полную силу возвращать всё то, от чего сам же Вали попытался избавиться, но пока что у Тони не было уверенности в том, что у него же всё получится сделать правильно, особенно если тот сам не понимал ничего. Скорее, возможность подобных вероятностей и была одной из причин, почему Тони хотелось за их общим знакомым понаблюдать. В том числе и со стороны, без оглядки на присутствие тех, кого он хоть сколько-то знал, даже если и мимолетом. Чтобы понимать, как вообще следовало действовать дальше и в каком направлении копать.
Верити шла рядом мрачнее тучи, явно не со всем согласная, но и мыслями так же погруженная во всё это увиденное и услышанное, и до самой машины гнетущего молчания никто уже не нарушал. Бдительные ребята всё же не поспели со своими бумажками, однако когда Тони полез за ключами, выяснилась уже реальная проблема.
— Похоже, снова встретимся мы с ним всё-таки в ближайшем времени, — мрачно заключил Железный Человек и поинтересовался уже у компьютера. — Пятница, можно было сообщить сразу?
— Ты в любом случае заметил бы это в течение пяти минут. Мне так координаты перемещений отслеживать проще.
— Это не значит, что я намерен такое одобрять.
— В чем дело? — мисс Уиллис честно попыталась уловить суть разговора, но не смогла.
— Кое-кто воспользовался оказией и бумажник спер, — примерно тем же Тоном пояснил инженер, активируя коммуникатор и уже не наблюдая за реакцией девушки на подобную информацию, как и за попытками её переварить. — Денег на нашего гения мне не жаль, но гуляющее по рукам удостоверение уже может создать некоторые проблемы. Пятница, заяви в наше знакомое отделение о пропаже айди-карты...
Тони хотел было добавить "и не только", но не стал — ИИ в любом случае перечислит и банковские карты, которые с огромной вероятностью усвистали следом. Если б Тони не опасался неадекватной реакции что на броню, что на магию, что на летающие по небу авто, у него не было бы сомнений в том, кто бедолагу догонит первым, но, еще немного подумав, Старк с некоторым удовлетворением понял, что устраивают его оба возможных варианта. Если Лофт, конечно, карты с маяками не выкинет до того, как его вообще кто-либо нагонит именно по ним.

+1

10

Вообще-то надо было. Выбросить всё в ближайшую урну, может быть даже вместе с долларами — на счастье тому, кто разворошит её в поисках банки из-под кока-колы. Крадено портмоне было без цели и даже без злого умысла. Просто за несколько дней люди на улицах стали отчётливо делиться на тех, кто пострадает от пропажи бумажника, кто едва заметит и тех, кого обокрасть — только кармическое равновесие в мире поправить. Насчёт того человека особой уверенности не было, но к первой категории он точно не относился. А если он действительно заслужил, как о том и орало глубинное первобытное чувство ужаса, то тем более надо было избавиться от опасного артефакта. В нём не могло быть ответов, которые были бы желанны.
Но в нём по меньшей мере было имя этого человека. Поэтому бумажник задержался за пазухой, да ещё потому, что остановившись в ближайшей подворотне за радиусом всей вероятной погони, он с жадностью опустошил пакет с едой, млея от редкостной тяжести в желудке. Как бы ни пугал всемогущий незнакомец, он не скупился ради кредита доверия.
Тут бы можно было и задержаться, выбросить бумагу вместе со жгущим подкладку куртки бумажником, оставив из него только то, что действительно необходимо. Но рыжая копна случайной прохожей, глянувшей в его сторону, спугнула его. С момента встречи его не оставляло чувство чьего-то внимательного и бесстрастного взгляда.
В попытке избавиться от него, он пересёк ещё несколько неочевидных проходов через подворотни, на зависть любому паркурщику перебрался через глухую стену в конце последней из них и очутился аккурат перед парой копов, скучающе склонившихся над протоколом. Почему-то они не поверили в то, что именно так и выглядит дневная пробежка дообропорядочного американского гражданина.
Полицейская машина изнутри оказалась намного скучнее, чем снаружи. Офицер Олнью из-за решётки за передними сиденьями посмотрел на него как на редкостной наглости идиота и переспросил:
— Энтони Эдвард Старк?
— Две недели назад я выглядел именно так, — в принципе, вопросов о причинах выражения лица офицеров не возникало. На хозяина бумажника — Энтони Эдварда Старка — он не тянул и на пять центов. — Но жена заставила выбирать между ней и бородой, бессердечная женщина.
— И как зовут жену? — полицейский уже откровенно веселился.
— Синди, — на голубом глазу ответил он, черпая уверенность хотя бы в том, что ничего из им сказанного не является правдой.
Полицейский заржал.

Через пятнадцать минут он уже созерцал изнутри совершенно пустую камеру мелкого отделения полиции, скучающе слушал перепалку копов о том, какого размера бюстгальтер носит секретарша Тони Старка и каков размер его благодарности за бдительность стражи порядка; и тоскливо думал о неприятном. О прошлом и будущем.
На улицах Нью-Йорка его нашёл Тони Старк. Железный Человек и Мститель, у половины мира вызывающий приступ фанатизма, у других — обострение подозрений. И чего бы такому человеку потребовалось от кого-то, вроде него?
Обращаться к собственному ужасу было тяжело, мерзко и попросту страшно до трясущихся поджилок. Но и бегать от него уже было нельзя и не надо было с самого начала. Там, за панической завесой четыре-пять дней растягивались на добрый десяток — большую часть из них он попросту предпочёл не заметить и не запомнить. В первозданном бульоне бесцельности и беспричинности было лучше, чем перед неясными перспективами и утыкающимся в глухую каменную стену воспоминаниями.
Он просто. Был уверен в том. Что ему не надо знать. Что ему нечего знать. Что нет места, куда бы он мог вернуться, и нет цели, к которой он мог бы идти. Что нет связей, за которые он мог бы тянуть. Нет истории, которую он мог бы назвать своей.
Задавать вопросы “почему” этой уверенности было мучительно — он не мог ответить.
Но то, что к голосам копов замешался ещё один, и в бестолковом трёпе немедленно обнаружилась система, смысл и липкие заискивающие нотки, вряд ли можно было считать удачным от вопросов спасением.[nick]Noname[/nick][status]Ego death[/status][icon]https://i.imgur.com/pBrcvXx.png[/icon][sign]nothing left[/sign][info]Никто


Возраст: неопределённый;
Сторона: ничья;
Сверхсилы: никаких.[/info]

+1

11

— ...Так что от меня требуется, кроме отказа писать заявление на него?
— Мистер Старк, вы это серьёзно? — едва знакомый офицер даже отвлекся от того, чем занят был, уделяя пришедшему лишь часть внимания. Прочие находившиеся здесь с его приходом сначала сменили тему разговора, затем замолкли. — Вы сами видели его? Рядовой уличный ободранец, у которого вряд ли есть будущее и который до вас наверняка обворовал много кого еще. И в лучшем случае он просто странный, а не обколовшийся наркоман.
— Что-то сказал?
— Ничего он не сказал, — можно так подумать, будто его здесь засыпали вопросами. Тем более что и они с Верити добрались сюда без промедления. — Напротив — тих, но по взгляду не тянет он на адекватного. Видал уже таких. Потому не хотелось бы его отпускать, мало ли в самом деле представляет угрозу обществу.
— Не представляет. Разве что для себя самого.
— Откуда такая уверенность? Вы знакомы?
— Условно. Когда-то я его уже встречал, — Тони не стал пытаться объяснить этим людям необъяснимое и, предполагая вероятность отказа, достал индентификационную карту командира Мстителей и просто положил её на стол. Её Вали не свистнул — наученный всяким опытом инженер её давно уже держал отдельно. — И могу утверждать, что этот человек неопасен и не виноват в своих проблемах. Потому и прошу его сейчас отпустить. В противном случае я так или иначе заберу его отсюда под свою ответственность как лицо, уполномоченное принимать подобные решения, не нарушающие всерьёз никаких законов, относительно третьих лиц. Вам-то чего жаловаться, я всего лишь беру на себя вашу дальнейшую связанную с ним работу.
Полицейские кисло переглянулись, видимо, телепатически пытаясь между собой решить, есть ли в данном случае смысл спорить или только время зря потратят. История о том, с каким упорством Железный Человек отстаивал права бывших "якобы подневольных" агентов Гидры, долетела и до них.
— Так он где?
— Дэниэл, открой ему, — офицер указал шариковой ручкой куда-то в сторону коридоров. — И подготовь бумаги. Как его зовут-то? Для протоколов требуется.
— Джон Доу, если я ничего не путаю, — уже через плечо бросил Старк первое вспомнившееся имевшееся "в заначках" подходящее к ситуации имя, данные о котором не придется полностью "рисовать" в базах собственноручно. Опять же — хуже было бы, если бы до них дошло, что их заключенного ни в каких базах нет вообще.

Полицейский недолго звенел ключами, хотя Старк в итоге отослал его и прочих наблюдателей, не прося пойманного вора на выход, только зайдя в тесную камеру и подперев спиной дверь, дабы отступать точно было уже некуда. Не то чтобы он хотел держать собеседника на привязи — скорее опасался, что тот снова куда-то ломанется, а сейчас это могло всё только усложнить.
— Ну и зачем ты это сделал? — спокойно поинтересовался Тони, скрестив руки на груди. — Вот серьёзно — мы бы всё-таки оставили тебя сейчас в покое, если бы не это.
Железный Человек невесело вздохнул, немного помолчал и всё-таки предпринял попытку до него достучаться.
— Ответь, пожалуйста, честно: тебе просто не хочется ни в чем разбираться или тебя действительно настолько пугает это всё? И что ты будешь делать потом, если я всё-таки оставлю тебя бродяжничать? Перебиваться от подачки к подачке и от неприятности к неприятности? Тебе не станут позволять просто спокойно играть на гитаре и петь у фонтана столько, сколько тебе захочется — просто потому, что ты отнимаешь у других деньги. В крупных городах все уличные живут по своим правилам и по сути забивают все выгодные углы, талантливые ребята у них только нарасхват, вот только рано или поздно тебя либо заставят подчиниться какой-нибудь местной банде, либо прогонят. Это в лучшем случае, — Старк говорил негромко, но в голосе не читалось осуждения. Только беспокойство. Подозревая, что он еще пожалеет об этом, мужчина всё-таки решил договорить то, что было на уме весь последний час. — Я знал тебя раньше. И я правда могу тебе помочь, и я постараюсь сделать для этого всё возможное. Я могу предоставить тебе жилье и худо-бедно спокойную жизнь, и тебе не нужно будет больше думать о завтрашнем дне. Тебя не станут больше дергать. Я могу помочь тебе выяснить, кто ты и что с тобой случилось. Но если ты по каким-то причинам не хочешь выяснять это сейчас — я не буду настаивать. Можешь просто жить. И объясню что-либо я только тогда, когда ты сам будешь морально готов к этому.

+1

12

Простота, с которой Энтони Старк выпроводил прочь всех, кто имел полное право распоряжаться в участке, только подтверждало первое о нём впечатление.
Стоило хотя бы расстроиться по этому поводу и досадовать, что злополучный кошелёк не остался у владельца или, на худой конец, в мусоре. Но расстраиваться не получалось, как и всерьёз злиться на человека с повадками ангельски терпеливого родителя. Получалось разве что не вжиматься в тот угол, который минуту назад казался просто самым удобным местом в камере, а теперь — очень ненадёжным убежищем перед лицом мертвенного страха.
Ответов, как и сил рассматривать эту глубинную панику со стороны, не было. Но хотя бы попытаться стоило. Никакого другого выхода всё равно не было: Старк перегораживал единственную дверь, а настоящее безумие не казалось лучшей альтернативой всему происходящему.
— Может, я это сделал, чтобы как-то так оно и обернулось.
Говорить и смотреть прямо на Мстителя оказалось слишком сложно, так что пришлось опереться взглядом об окошко вентиляции под потолком над головой Старка как о моральный костыль.
И быть честным, потому что даже остаться в покое не тянуло на ту цель, ради которой нужно было лгать. Тут Старк был прав, наверное, в своём пространном прогнозе бесцельного будущего.
— Если я не хочу искать ответы, то, может быть, единственный способ заставить себя их искать — это не оставить выхода.
Если такой вывод мог родиться только в присутствии Старка, то, может быть, это того не стоило. И всё же, в ходе этой странной и не вполне человеческой логики было что-то правильное, что заставило её высказать. Наверное, стоило удивиться тому, насколько этот абсурд помог пройти дальше:
— Ты не зовёшь меня по имени, как делают те, кто… ну, знают кого-то. И твоя помощь… всё возможное. Ты был в той церкви… или храме. Когда-то. Я не помню ничего раньше. И позже тоже — плохо. Это оттуда у меня ку-ку? И шрамы…
Слова давались с таким трудом, будто каждое было отлито в чугуне буквами в человеческий рост. Отлиты плохо, с заусенцами, ранящими руки. Приходилось часто останавливаться перевести дыхание. Но продолжать, компульсивно натягивая рукава на ладони, чтобы наверняка закрыть рваные рубцы, менее всего похожие на попытку суицида.
— Но ты был там. И ты сделал это со мной. Это всё — твой план? Зачем предлагать помощь, если всё получилось? Если не получилось, то зачем предлагать помощь, если у меня всё равно нет выбора? Что ты на самом деле хочешь? Ты. И другой ты. Светленький.
Яркой вспышкой пробравшийся в воспоминания “другой Старк” выбил остатки связности из хлипких логических рассуждений.
Обхватив себя руками и опустив взгляд, он застыл от того же ужаса, что пригвоздил его к месту в неведомо какой день, пока он играл на уличном пианино.[nick]Noname[/nick][status]ego death[/status][icon]https://i.imgur.com/pBrcvXx.png[/icon][sign]nothing left[/sign][info]Никто


Возраст: неопределённый;
Сторона: ничья;
Сверхсилы: никаких.[/info]

+1

13

— Вот, значит, как ты это всё запомнил... — Тони задумчиво перевёл взгляд в потолок и невесело усмехнулся. Значит, всё-таки страх. Но хоть не полное отрицание, хоть и сложно было сказать сейчас, можно ли в этом было видеть хоть что-нибудь хорошее. — Я не зову тебя по имени потому, что у меня создалось ощущение, будто у тебя на него неадекватная реакция — и с учетом, что с тобой вообще сделали, такая вероятность меня уже не особо удивляет. Последние два раза, когда его произносили в твоем присутствии, где-то на том моменте ты и предпочитал дать деру. Я просто не хотел нервировать тебя еще больше, чем уже есть. Локи — это твоё имя, а не заклинание какое-нибудь.
Старк вновь обратил внимание на сидевшего в углу парня, с некоторым любопытством — поскольку было интересно, какая реакция на него у того будет сейчас. Но на всякий случай принялся искать в памяти, как еще называл его при них Тор — все прочие варианты, скорее всего, были производными от основного, но, может, они не вызывали бы отрицательную реакцию уже просто потому, что сам Локи их тогда не перечислял.
— Можем звать тебя как есть. Или как-нибудь иначе, если всё же напрягает.
Странно, что он не подумал об этом раньше. Хотя, может, это всё было просто неправильно, но... черт. Здесь всё-таки не хватало Стрэйнджа. Или самого Локи в ясном уме.
Еще один момент, о котором он ранее как-то не задумывался, так это о том, как донести до нервного амнезика то, кем он на самом деле является. Если он мыслил в рамках того окружающего мира, который ему был виден — и здоровым людям могло поплохеть от попыток уложить нечто подобное в голове, чего уж об этом случае говорить. Но и с краю здесь подойти тоже было затруднительно, без откровенного вранья так тем более. А если сейчас не объяснять всё напрямую, обойдясь завуалированными формулировками... как объяснить это потом, чтобы обойтись без последствий?
Всего пару недель назад Старку так вообще и в голову прийти не могло, что он станет выступать в роли психолога вычеркнутому из мира богу. Учитывая, что большинство всех знакомых этого самого нынче бывшего бога в лучшем случае терпеть не могло, а не ненавидело.
— Шрамы остались с тобой после того, как ты спасал свою сестру и пытался остановить одного ненормального. И у тебя получилось. Я не знаю всех деталей этой истории, к сожалению, ты её пересказывал в общих чертах, так что если интересно — будет стимул вспоминать. Что ты имеешь в виду под "ку-ку"? — этот вопрос загнал Старка в тупик, поскольку в чужую голову он всё же не мог залезть, но ненадолго. Локи в целом пока сказал еще слишком мало, чтобы делать конкретные выводы, тем не менее, некоторые догадки на этот счет у него всё же были. — Я был в том храме. С тобой. Но это не я с тобой сделал, а тот, "светленький". Ты хотел в том месте избавиться от проклятия, которое на тебе висело, но он вмешался. Поэтому ты потерял память, которая обрывается на том моменте, поэтому тебя может дергать от собственного имени — ты от него тогда отказался. Хотел его смысл поменять, но тебе не дали закончить.
Мужчина тяжело вздохнул и неспешно, не отходя от двери, опустился на корточки, чтобы не возвышаться над и без того загнанным в угол беднягой. Никакой агрессии от него не исходило, но его вид, прерывистая речь и не совсем уверенные формулировки говорили лучше всего прочего.
— Я не до конца понимал тогда, чем могут грозить тебе любые ошибки. Я был там, но я не поддерживал того, кто вмешался в это. Мы оба не ждали появления в том месте кого-либо еще. Я не желал тебе ничего плохого, но я тоже виноват в случившемся, поскольку я не сумел его тогда остановить. Да и тебя тоже от поспешности этой идеи. Прости, пожалуйста, — Тони внимательно наблюдал за собеседником, пытаясь как-то проследить за вероятной реакцией, и, видит Бог, ему самому было сложно говорить обо всем этом. Не извиняться. Рассказывать такие вещи, пытаясь подобрать наиболее осторожные формулировки. — Не надо бояться. Меня точно не надо бояться, я не заодно с ним и сам честно хочу за содеянное набить ему рожу. И ты не ненормальный. Не смотря на это всё, ты не утратил связи с реальностью и, возможно, всё еще способен видеть несколько дальше простых людей. Пойдем. Я могу присматривать за тобой и на улицах, но там я скорее всего не смогу прийти на помощь вовремя, если Вали поймет, что тебя не забыли все, как он того хотел. Честно скажу, что я не был тебе другом раньше. Но кроме меня тебя ждет твой реальный друг, который теперь места себе не находит.

+1

14

Пустой звук. Вот, чем было названное имя. Но звук этот был не таким, как был бы “лгефтер” или “мранония”. От этого звука внутри разносилось эхо, как будто имя изнутри ударяло в медный пузырь, вызывая оторопь и оцепенение. Потребовалось время, чтобы перестать прислушиваться к этим пугающим отголоскам внутри и отмереть.
— Лучше не надо, — честно признался он. — Лучше и правда никак не называй.
Неприязнь к имени собственному не была чем-то новым. Половине его случайных знакомых казалось, что у человека обязательно должно быть хоть какое-то. До сих пор ему удавалось увиливать от попыток его наречь. Но когда нашлось как будто бы настоящее имя… нет, ему бы не хотелось, чтобы его называли так. Ещё больше, чем Джоном Доу или ещё каким угодно другим именем.
Вжимавший в стенку ужас не уходил и не ослабевал, но, как оказалось, к нему можно было притерпеться. На фоне всего остального, озвученного Старком, этот конкретный страх терялся. Просто оказывался завален односложными, бессвязными и большей частью нецензурными вопросами. Но их можно было раскладывать на части, осознавать масштаб и ставить приоритеты.
А ужас был безусловен. Или его условие было непостижимо и лежало в основе той громады, что с вершинки приоткрыл ему Старк. Правдой ли было то, что он говорил? Достаточно безумно, чтобы быть правдой? Была ли у него возможность отделить правду от вымысла и умысла?
Если и была, то точно не в этой клетке. Но на выходе из неё сидел вовсю старающийся быть комфортным Энтони Старк. И, несмотря на всё сказанное, было оно правдой или нет, довериться ему было сложно.
И для того существовала причина, которую сам Старк с упорством адепта культа Плоской Земли отрицал. И это было даже как-то оскорбительно.
— Вали? В тебе с ним всего десяток расхождений. Прозвище, имя, возраст, внешний вид, известные родственники, биография… — В голове это звучало неопровержимым доказательством, способным придавить любые контраргументы. Но с каждым высказанным словом следующее произносить с прежней уверенностью и громкостью не получалось. Звучало это… смешно, пожалуй.
— …Сторона, навыки, сверхспособности и характер.
На “характере” он уже шептал, рассеянно пялясь в стеночку. В этом был смысл, и его можно было увидеть. Но, судя по лицу Старка, он только перестал задаваться вопросом о “ку-ку”, и у Старка было на то право. Он, вот, тоже засомневался. Что становится с Вали, когда он логинится Старком? И наоборот?
Выводы разогревшегося до рези в висках мозга слегка обнадеживали. То, что он, похоже, бормотал все эти вопросы в голос — не очень. Очень поздно пришло осознание, что если Старк для общего спокойствия оставит его на улицах, то забыть этот разговор, забыть этот день и отдаться на волю равнодушию и случаю он уже всё равно не сможет, даже если очень-очень захочет. Не будет никакого дня-нуль. День слишком реален не потому, что он сегодня. День слишком реален, потому что в нём есть Старк. Каким был день с Человеком-Пауком и той девушкой.
Но в противовес этому было ещё кое-что, ради чего он оборвал причитания и ясным взглядом посмотрел на Старка.
— Меня забыли не все, кто должен? То есть… Я отказался от имени… и все забыли… поэтому здесь ты, а не… моя сестра? Нет имени — и нет меня… тебе и рыженькой будет безопаснее держаться от меня подальше и делать вид, что… вы как все. Этот, другой ты… Вали… он спеленал тебя, не сходя с места. И, в отличие от меня, тебя все знают и многие любят. Рыженькую наверняка тоже любит кто-то.[nick]Noname[/nick][status]Ego death[/status][icon]https://i.imgur.com/pBrcvXx.png[/icon][sign]nothing left[/sign][info]Никто


Возраст: неопределённый;
Сторона: ничья;
Сверхсилы: никаких.[/info]

+1

15

При таких откровениях Тони и правда довольно долго молчал, огорошенно глядя на собеседника и удивленно хлопая глазами. Самого его от потери равновесия удержало только осознание того, с кем он вообще разговаривает. Еще через некоторые мгновения пришло ориентировочное понимание, откуда Вали вообще мог это взять.
Нечто отдаленно-подобное он и сам улавливал тогда, когда они с ним махнулись местами и возможностями. Но трикстер про эту грань восприятия ничего не уточнял, сам Старк на фоне остального уже и не пытался её постичь, закономерно решив, что эта психоделическая хрень уже не для него и спокойнее жить будет без подобных знаний. От которых всё-таки земному человеку было уже вполне реально тронуться умом по-настоящему, даже обладая железобетонной, как уже доказало время, психикой.
Не хотелось думать о том, как он с этим Вали в данной истории может быть связан за пределами того, что он просто не сумел его тогда остановить. Где-то он и без этого понимал, что могло быть что-то выше того, что им всем известно — это было очевидно еще тогда, когда они пытались остановить инкурсии. Но он предпочитал просто не лезть в эти вопросы.
Правда, в конечном итоге он всё равно с этим столкнулся, и то, что сейчас это в таких деталях высказывали вслух, нагоняло откровенную тоску. В определенной мере. В другой мере это даже радовало, поскольку по всему выходило, что Вали потерял себя не целиком и полностью. А в таком случае это всё еще должна была остаться возможность исправить.
— Я понятия не имею, как это всё выглядит за пределами того, что ты описал, но в чем могу тебя заверить, так это в том, что за себя я отвечал и отвечаю независимо от него... и сам не вижу между нами никакой практической связи, — сказано это было несколько кисло, но по тону было в целом видно, что Старка этот вопрос беспокоит в самую последнюю очередь, но вовсе не потому, что ему в принципе на него пофиг. — Я не уверен, что понимаю, как это толковать. Но примерно понимаю, откуда ты это взял. Как я уже сказал — вероятно, ты всё еще можешь видеть дальше простых людей. Только и всего.
Правда, он сам не был уверен, что хочет в это вникать, чтобы не ломать восприятие мира. Но и отворачиваться не собирался. Вали тогда сделал что-то страшное. И что-то очень сильно неправильное, что нельзя было так оставлять в любом случае.
— Безопаснее. Но не значит, что правильнее. Так вышло еще и потому, что я был не на своем поле, поскольку за пару недель из меня ясное дело, что толкового мага не вышло бы, а ничего иного под рукой у меня там не было, — Старк кхекнул и поднялся обратно на ноги, пока они совсем не затекли. — Мы не предвидели подобного и там всех застали врасплох. Но на моей территории даже ему теперь так просто справиться со мной будет уже сложно, особенно если я буду иметь в виду вероятность его появления. Она меня не сильно радует, но безоружным я не буду. Риск остается. Но это лучше ничего, да и мне не привыкать бросать вызов метасущностям. А с Верити мы почти незнакомы, но, насколько я понял, с близкими и друзьями тоже не всё так гладко. Так что позволь ей решать за себя, она тоже девушка не совсем простая. Сам я её в любом случае буду иметь в виду на всякий случай, говоря о вашей сохранности, поскольку она в опасности может быть независимо от тебя сейчас. Так что с данной точки зрения её присутствие как раз уже мало что меняет.

+1

16

Хуже всего было не то, что всё сказанное и только упомянутое вскользь не укладывалось в голове. Как раз наоборот. Невероятная сказка о проклятии и забвении, потере имени и всесильном человеке, который предпочитает быть человеком почти обычным непринуждённо укладывалась в некую систему, из которой при желании было возможно вывести очень многое. Чересчур многое.
Другое дело, что все факты и домыслы никак не заполняли пустоту воспоминаний и пустоту под бродяжной оболочкой. Ну храм. Ну имя. Ну проклятие. С кем не бывает? Кому не всё равно?
Вот Энтони Старку и Верити было не всё равно. Но в конце концов приходилось признать, что они были в этом одиноки.
— У меня нет цели или беды, с которой ты бы мог мне помочь. Вернуть воспоминания и сестру? Я не знаю, зачем. Отомстить Вали? Я не осознаю, за что. Стать собой? Я… я не принадлежу себе. Твои воспоминания говорят тебе о ком-то другом. Я уверен, что не хочу знать ничего сверх того, что ты уже успел рассказать. Может быть, и этого слишком много. Может быть, так всё и должно остаться.
Слова укладывались в систему, а вот ощущения в слова — с трудом. На Старка смотреть без трепета всё ещё не удавалось, но это оцепенение можно было назвать лишним и бесполезным. И держать эту мысль в голове, чтобы делать вид, будто всё в порядке. Будто понимание, что Вали не объявится тут прямо сейчас, а если и объявится, то Старк будет на его стороне, означало так же и безоговорочную веру в это. Будто его улыбка могла обмануть всеведающего.
— В моей голове это звучало лучше и правильнее. И не так… категорично. Слишком много всего. Но я принимаю твою помощь.
Отодрать себя от стенки оказалось той ещё задачей. Несмотря на все усилия сохранять самообладание, он незаметно для себя успел вжаться в скучную серую плиту почти до состояния граффити. И дружелюбно подобраться к Старку даже на шаг без подспудного ожидания страшного удара удалось совсем не сразу.
— Говоришь, ты не был мне другом. Но что это сейчас, как не дружеский жест? Может, это я не был тем, кого ты готов был назвать другом?

— Привет, Верити.
Разговаривать с человеком, выжигающим взглядом свои ожидания на коже, очень неловко. Неизвестным стандартам соответствия хочется следовать, но нет даже простенькой догадки о том, как бы это могло выглядеть.
Остаётся сказать “привет”.
— Привет, бродяга, — с видимым облегчением сказала Верити, даже не пытаясь прикидываться, будто тревога оставила её полностью и теперь-то всё будет хорошо. Казалось, она тоже сомневалась в том, что они хоть когда-нибудь доберутся до “будет хорошо”.
Чтобы сбежать от зашкаливающей неправильности этого короткого диалога он сбежал к столу копа и склонился над ним с вкрадчивым требованием отдать гитару. Вещи не были такой уж ценностью, за которую стоило держаться. Вещи приходили и уходили. Но к тяжести инструмента на плече он уже успел привыкнуть.
Может, он и в другой жизни был скальдом? В той, которую забыл?
Нет. Не стоило прикладывать к и без того остающейся чуждой картине произошедшего догадки, взятые с потолка. Что общего у музыканта, древних храмов, неведомой беспредельной силы, инженера, стола и ворона?

— Куда дальше, начальник? — с лёгкой заинтересованностью спросил он на улице и щёлкнул зажигалкой под дешёвой сигаретой. И то и другое было непринуждённо своровано со стола мерзенького копа, кривящегося при выдаче скудного бродяжничегского скарба.
— Обидно будет, если ты наплёл всё это только потому что вам с рыжулей третьего не хватало. Но за мной должок, так что в любом случае погнали.
Судя по лицу Верити, её друг в её присутствии не курил. Но бросать ради восстановления разобранного шаблона сигарету он не стал. Он не врал — слишком много всего. Слишком мало ответов. И слишком велико ощущение, будто неверный вопрос и неправильный ответ безвозвратно порушат что-то очень важное.[nick]Noname[/nick][status]Ego death[/status][icon]https://i.imgur.com/pBrcvXx.png[/icon][sign]nothing left[/sign][info]Никто


Возраст: неопределённый;
Сторона: ничья;
Сверхсилы: никаких.[/info]

Отредактировано Noname (2018-05-18 11:23:50)

+1

17

Старк только вздохнул и вяло покачал головой, глядя на всё это — ладно, всё-таки их бывший бог лжи-бог историй был вполне себе живой и даже не особо удивляющийся подобным рассказам. По идее, стоило бы радоваться этому, но вид задрипанного и едва ли не насмерть перепуганного Вали казался теперь едва ли не жутче, чем события недельной давности. Вроде и по отдельным фразам угадывались привычные нотки, но приложило его как-то сильнее, чем Тони вообще предполагал.
Но, наверное, это в самом деле был еще не худший вариант из возможных...
— Думаю, цели постепенно приложатся сами, как оно обычно и бывает. Но явно не на улицах и не наедине с собой при таких настроениях, — негромко уточнил Тони, поперек некоторым сомнениям всё же учтя просьбу не говорить больше о прошлом. — Только не убегай больше, пожалуйста. Сейчас ты действительно навредишь этим в первую очередь себе самому.
Старк еще недолго понаблюдал за внутренней борьбой, потом всё-таки посторонился от двери. Закономерный вопрос его самого вынудил застрять где-то на пороге, потому как вообще он не был уверен, что на него отвечать. Большинство его знакомых за самим же Вали и содеянное наверняка сказали бы, что трикстер в итоге получил по заслугам. Но как-то не в этой ситуации. Вроде как впереди еще маячило море последствий от его же добродетели, но злиться на Вали после произошедшего просто не получалось — уже хотябы потому, что кирпич в него прилетел тогда, когда он взаправду не замышлял ничего дурного.
И Тони как-то даже не хотелось задаваться вопросом, чего еще он там натворил, что с ним решил так обойтись его же отпрыск, насколько можно было понимать то немногое сказанное.
— Это не объяснить, не вдаваясь в подробности. Да и в данной ситуации уже, наверное, неважно, какие у нас в основном были отношения и почему. Как я уже сказал, отойти в сторонку, оставить тебя как есть и забить мне в любом случае не казалось правильным решением. Тем более что знакомых я в беде бросать не привык, — не привык и с некоторых пор не смел. Тем более что вроде как договорились страдать на пару над общей проблемой, а за случившееся совесть всё еще грызла. Ничего бы не произошло, если бы он вообще отказался открывать эту чертову дверь. — Только о своих видениях лучше сторонним ничего не говори. У меня просто была возможность посмотреть на мир твоим взглядом и потому меня подобное не особо удивляет, но вообще со стороны это в самом деле тянет на бред сумасшедшего.

— Что-то вы долго.
— Общались. Можем идти?
— Угу, — управляющий окинул миллиардера и бродягу ироничным взглядом, но ничего комментировать более не стал, рассудив, что своё мнение уже сообщил, а прислушиваться к нему или нет — уже дело исключительно Старка, который не стал так уж вмешиваться в гитарный вопрос, хотя даже по его мнению отвоевывать этот хлам обратно смысла не было вообще.
Снаружи их с Верити нагнал еще один сюрприз. Старка даже два.
— Сразу скажу, что от некоторых вредных привычек в моем присутствии придется избавиться, — имел в виду Тони явно не курение. Картина "Вали с сигаретой", тем не менее, оказалась достаточно дикой даже для него, чего уж говорить про его знакомую, которая явно удивилась не меньше. — Не конкретно от этой, но в таком случае лучше тогда уж хотябы взять нормальный табак.
Старк недолго глядел на бывшего бога историй с явным укором, но на эту тему уже ничего говорить не стал, правда, и предложить что-либо до еще более весёлого заявления не успел.
— Если что, я женат. И не на ней, — на Верити и так во всей этой ситуации было грустно смотреть, так теперь её от эпической затрещины, кажется, удержало только понимание ситуации. Самого Тони, в общем-то, тоже. Вот при ком действительно лучше не шутить подобным образом, так это при Джессике, которая к незнакомым уж явно настолько терпеливой не будет. — Вообще, если конкретных пожеланий нет, я хотел предложить поехать сразу домой. Хоть приведешь себя в порядок.

+1

18

Кислым ликом Старка можно было прожигать дырки в асфальте, а Верити начинала кипятиться. Не то, чтобы на это действительно был расчёт, но…
— Ты так говоришь, что и я себя начинаю ощущать женатым, — отлов себя на саморазрушительных намерениях изрядно смягчил тональность фразы, но стоит ли так сразу отказываться от столь сильного внутреннего побуждения, стоило ещё решить. В конце концов, оно лежало даже глубже уверенности в опасности многих знаний. — У Большого Крыса был не большой ассортимент курева на столе, сорян.
Да и вряд ли “нормальный табак” бы тут был на пользу. Может быть, Энтони Старк и привык к тому, что на него на ровном месте с нифига сваливается мистическая дребедень в неясном, но явно титаническом объёме. Может, для Железного Человека такие “отказавшиеся от имени” и на том основании забывшие всё-всё потеряшки были в порядке вещей. Может, Верити не казалось фантастическим единство Старка с Янг-Эдалтом и с непостижимой высшей сущностью.
А вот он сам сейчас боролся с желанием спрятать голову между колен, накрыть макушку руками и очень долго и протяжно выть. Не было ни малейшего повода верить, что за границей беспамятства, в тихой безответной пустоте памяти было что-то простое и понятное, что бы разом сделало всю эту сказку вменяемым мироустройством. Тут нужен был не “нормальный табак”, а удар зассаным никотином, реальным и донельзя постижимым. И мерзким настолько, что создаётся полная иллюзия желания жить.
Просто удар тоже бы подошёл, но он запоздал. Зато на выдаче оказалось, что малышка Верити отлично умеет в пощёчины. Оплеуха обожгла щёку совершенно без предупреждения, хотя суровое выражение лица рыженькой постфактум можно было принять за прогноз. Но, чтобы его оценить, пришлось проморгаться и выпустить вставший колом в глотке дым.
— Не смей, слышишь? — Удивительно, как много чувства было в речи, почти не отличавшейся по громкости от светской беседы. — Не смей делать это с теми, кому до тебя есть дело! Ты пытаешься стать невыносимым и исчезнуть насовсем, так вот знай, мистер “Моё-место-заняли-у-меня-лапки” — не выйдет! Ты говорил, что дело в вере. И, если ты забыл, я напомню: не важно, во что там верит мир, я верю в тебя, а не какого-то Вали! И будь любезен не делать вид, будто это ничего не значит!
Вообще-то… она попала в точку. И это был тот сорт попаданий, который не выбивают почву из-под ног, но заставляют серьёзно усомниться в причинах, на ней удерживающих.
— Не похоже, что я когда-либо сопротивлялся желанию сделать что-то, что кажется правильным, а? — Он честно попытался сделать это веселее, чем было у него на душе. — И не похоже, чтобы это часто кому-то нравилось?
Под ироничные кивки Верити не оставалось ничего иного, кроме как вздохнуть глубоко, добросить до урны почти скончавшуюся сигарету и довериться словам Старка, что где-то там реально есть “дом”, и что в нём реально было “привести себя в порядок”. Хотя вряд ли Мститель сам верил в то, что это будет полный порядок.

Хотя и “дом” у Энтони Старка был далёк от того, что бродяга мог назвать таковым. Он надолго завис под стрелой небоскрёба, выглядывая с тротуара вершину башни и не отдавая себе отчёта в совершенной бессвязности мыслей. Издали он его уже видел — на прошлой неделе, когда гонялся за Человеком-Пауком по небу над Манхэттеном. Но тут было другое дело. Тут должно было быть какое-то чувство, которого не находилось. И это изрядно обескураживало.
Сказка как из мыльной оперы: бродяга оказывается в самом крутом пентхаусе страны по совершенной случайности, и ждёт его там прекрасный принц, и живут они долго и счастливо, — решил он, наконец, отыскивая взглядом своего женатого прекрасного принца и суровую фею-крёстную, от волшебства которой до сих пор саднило щеку.[nick]Noname[/nick][status]Ego death[/status][icon]https://i.imgur.com/pBrcvXx.png[/icon][sign]nothing left[/sign][info]Никто


Возраст: неопределённый;
Сторона: ничья;
Сверхсилы: никаких.[/info]

+1

19

У самого Старка за этот день уже раз десять менялось мнение о том, что могло быть лучше, правильнее, что было бы лучше и правильнее... а что могло быть просто безрассудной глупостью, и только. Не сказать, чтобы тащить проблемных потеряшек домой для него было в новинку, сейчас он уже в принципе затруднялся сказать, сколько таких было или еще могло быть.
Но бездомные боги в беде — это что-то новенькое. И совершенно другой уровень проблем. Тони ни разу не забывал про Джесс и про Роуан, которые в случае чего попадали под удар не слабее него, но в то же время понимал, что иначе деть Вали при абсолютной неясности перспектив этой подмены просто некуда. Разве что с Верити, но перед этой неизвестностью у неё шансов было еще меньше. Значит, следовало окончательно превратить небоскреб в очень основательную и неприступную крепость — при условии, что он уже вполне себе ею являлся.
Как ни иронично, единственный, о ком не особо переживали в данной ситуации — это Алан. Ягуар в нем всё еще вызывал основательные сомнения, но свою первобытную агрессию всё еще держал при себе. Либо их манипуляций на данный момент хватало, чтобы его сдержать, но, судя по Карателю, он же вряд ли позволит тушке так просто помереть.
Экс-бог после еще довольно сдержанной (по скромному мнению Тони) и на том же закончившейся выволочки, ограничившейся всего одной оплеухой, подозрительно притих, хоть по виду и сложно было сказать, он просто завис и отстал, оставшись у машины, или следовало ожидать побега номер два.
Хотя ориентировочно было понятно, что его смущало. Потрепанный "гость с улицы" что с этой побитой временем гитарой, что в такой одежде и на фоне автомобиля выглядел феерично и особо вписуемо, не то что возле современной и аккуратной высотки из престижного рабочего района. И само собой, что зависнуть он здесь мог вовсе даже не поэтому.
— Идешь? — на всякий случай уточнил Старк, всё еще прикидывая вероятности где-то половина на половину. И, глядя на это, вспомнил кое-что и сам вернулся к машине, в которой забыл чужую, в общем-то, вещь, которую и вернул настоящему владельцу. — Это был твой. Правда, отформатированный.
Вряд ли Вали сейчас так уж убивался по телефону, но мало ли. Более простая возможность поддерживать связь с той же Верити, если, конечно, не станет замыкаться на себе. Хоть у Тони изначально были подозрения, что в радикальной форме это будет уже нереализуемо в их маленьком семейном дурдоме.
Верити же окончательно получила белый пропуск в башню и осталась дожидаться такси, пообещав напомнить о себе позже.
Как человек сама по себе знакомая Вали Старку понравилась, но свои традиционные предложения сгрести всех толковых людей к себе на работу предпочел пока оставить при себе, заподозрив вероятность огрести за это. С её особенностями в такой крупной корпорации девушке явно могло быть не очень легко находиться.

Самого Вали в итоге провели в обход основным общественным залам фирмы — причем даже не из-за возможного всеобщего охреневания о том, кого сюда притащил и без того чудаковатый гендиректор; как раз это его волновало в последнюю очередь, особенно с учетом того, что у него дома уже обитали два условных уголовника. Просто глупо было на ровном месте привлекать внимание.
К слову об уголовниках...
— Кроме нас с Джесс тут живут еще два человека. Алану не сильно удивляйся, мы с ним братья, ну и Роуан... ну и это Джессика, к слову, — Тони приветственно с порога помахал рукой явно озадаченной супруге, на словах "минут через десять всё объясню" столь же озадаченно скрывшейся обратно в помещениях. — Розовое цифровое приведение зовут Пятницей. В душу тебе никто тут лезть не будет, так что, надеюсь, станет всё же поспокойнее. Комната твоя там, дальняя, душ отдельный, с одеждой сейчас что-нибудь решим...
Весело это, наверное, звучало после улиц даже в формате просто гостевых помещений, но про завтрак в постель Старк решил уже не шутить, а то окопавшаяся на кухне и слышавшая по меньшей мере часть сказанного Джесс офигеет еще больше, и разговор из просто объяснений перейдет в объяснительную. Хотя он уже, видимо.
— В общем, располагайся. А, кстати! — Тони вспомнил одну смешную вещь и направился в мастерскую. — Что еще может быть тебе интересно. Идем.
Инженер бодро сбежал вниз по лестнице сдувать пыль с современного артефакта, заниматься которым в последнее время и для души было некогда. Там же артефакт в виде электрогитары был торжественно вручен всё еще совершенно потерянному на вид бродяге.
— Забирай. В комплект к дро... другой твоей гитаре.

+1

20

В пересчёте на четырёх человек апартаменты у Старка были необъятны, но впечатление от лаконично-стильных интерьеров прямиком из кибер-панка и даже от дружелюбного розового приведения меркло перед видом из окон. Головокружительный вид Нью-Йорка завораживал до полной атрофии чувства самосохранения, так что предположительной супруге Старка достался только слабенький приветственный жест рукой, имя Роуэн и вовсе оказалось пропущено мимо ушей — ну мало ли девчонок с таким именем в Америке? — а чувство собственной неуместности в этой обстановке и вовсе не пробуждалось. Вернее… ай, ладно, что уж об этом.
Это был рай, и не только бездомные, но и каждый из самодовольных бизнесменов отгрызли бы счастливчику горло за возможность услышать “располагайся” здесь. Чувствовать, что это всё лишнее было почти совестно. Особенно когда между тем, чего стоило бояться, и тем, что страх вызывало пролегла пока нечёткая, но смутно ощутимая граница реальности.
Ну как реальности. Более существенного плана существования. Смысла и логики в нём было не больше. Даже если не принимать на веру ничего из сказанного Старком. Даже так не получалось связать в единую нить “не друга”, храм, поиски, комнату, телефон и… гитару?
Ладно, вот тут его глаза загорелись. А ведь каких-то особых чувств он к инструментам как будто и не питал. В участке его погнало к столу копа больше желание уйти от разговора с ещё одним человеком из прошлого, да нежелание хоть что-то оставлять полицейским.
Но гитара в руках Старка была прекрасна и сама по себе.
— Что, и это тоже было моим?
В ладонях гитара лежала непривычно, но верить этому чувству не стоило — ему и одежда, в которой он себя вспомнил, казалась совсем чужой. Впрочем, по взгляду Старка можно было без труда понять, что никаким гитаристом в жизни до амнезии он не был. И пианистом, скорее всего, тоже.
Но почему тогда гитара?
Не подключенный к усилителю инструмент шептал, но пальцам не нужна была подсказка звуков, чтобы слаженно двигаться по струнам и воспроизводить музыку. Неправильную, однобокую музыку-соучастницу, старающуюся что-то из себя представить в одиночестве.
Оборвать её на середине стоило из чистого гуманизма.
— Этой музыки не должно быть здесь. Меня не должно быть здесь. И вообще нигде быть не должно.
Про чувство неуместности враньё всё было. Оно преследовало с самого начала, с самого первого воспоминания. Но прогрессировало оно вне зависимости от обстановки. Под мостом или тут — на вершине мира он был равно не на своём месте.
И то, что может быть дальше, его только пугало. Может быть, даже больше всего, что мерцало за плечами Старка. Но тот пока ничего вот этого не заслужил.
— В смысле… я хотел “спасибо” сказать. Крутая штука. А дровам давно пора в топку.
А ему пора было хотя бы смыть с себя всё, что прилипло к нему на улицах. Может, сам Старк и был способен не вести носом рядом, то заставлять терпеть и других было незачем.
А там поглядим.[nick]Noname[/nick][status]Ego death[/status][icon]https://i.imgur.com/pBrcvXx.png[/icon][sign]nothing left[/sign][info]Никто


Возраст: неопределённый;
Сторона: ничья;
Сверхсилы: никаких.[/info]

Отредактировано Noname (2018-05-25 18:21:36)

+1


Вы здесь » Marvel: All-New » Завершенные эпизоды » [28.07.2016] The Man Who Would Be Loki